Мое сердце щемит от боли. Она знает его лучше, чем я. Эмерик был внутри нее, зачал с ней ребенка, а со мной... Мне неведомо, кто я для него. У нас даже не было секса.

— Айвори, — доктор Марсо становится передо мной, закрывая обзор, — следуйте за мной.

Мои ноги меня не слушаются, но зато глаза функционируют сверх меры, буквально выжигая образы Эмерика и Джоанны в моем мозгу и заливая чертовыми слезами мое лицо.

Доктор Марсо аккуратно берет меня за локоть и ведет за собой в кабинет для осмотра. Закрыв за нами дверь, он указывает рукой на стул возле стола.

— Сядь.

Его командный тон заставляет меня вздрогнуть, и я, шаркая ногами по полу и дрожа, как осенний лист, спешу к столу.

Он протягивает мне коробку с бумажными салфетками, отчего я чувствую себя глупой, излишне эмоциональной девчонкой. Но, несмотря на это, я все равно хватаю одну и вытираю лицо.

Сев на стул, он придвигается вплотную ко мне.

— Он не рассказывал тебе о ней?

Сжав салфетку в руках, я расправляю плечи.

— О беременности точно нет.

Его челюсть напрягается, а суровые глаза прищуриваются, обнажая морщины возле них.

— Это от него? — интересуюсь я.

— Он не в курсе.

У меня перехватывает дыхание.

— То есть он?.. Она была с кем-то еще? Неужели она изменяла ему?

— Никто не знает наверняка.

— О, — я выдыхаю, — она сказала администратору, что носит в животе вашего внука.

Он поворачивается к ящикам позади себя и извлекает оттуда необходимое оборудование и медикаменты, предоставляя мне немного времени отдохнуть от его приковывающего к месту взгляда.

— Мне известно, что вы живете вместе. — Он вскрывает упаковки с одноразовыми инструментами. — Я не собираюсь читать тебе нотаций и рассказывать о том, как вы рискуете. Свое мнение я озвучил ему вчера во время телефонного разговора. — Он вновь оборачивается ко мне с серьезным выражением лица. — Эмерик упертый и теряет контроль, как только им овладевает страсть.

Я не согласна по части контроля. По крайней мере, что касается его поведения со мной. Что касается страсти, то я уже два месяца поглощена ею. Возможно, поэтому каждый его секрет режет меня больнее ножа.

Доктор Марсо надевает очки и берет в руки тонометр. Он начинает осмотр выше пояса, не настаивая на том, чтобы я раздевалась. В течение следующих минут десяти он снимает измерения и берет кровь на анализ, задавая мне вопросы медицинского характера, в том числе довольно неудобные, касающиеся моей половой жизни и незащищенных сексуальных контактах.

Несмотря на то, что он ведет себя весьма профессионально, меня тревожит вопрос, не считает ли он меня просто шлюхой, жадной до денег.

В то время как он делает какие-то пометки в моей медицинской карте, дверь в кабинет распахивается.

Эмерик проскальзывает внутрь, закрывает за собой дверь, и его холодный взгляд встречается с моим.

Меня пробивает дрожь, и я с трудом отвожу глаза.

— Что ты здесь делаешь? — с недовольством спрашивает доктор Марсо, приподнимаясь с места.

Эмерик же продолжает сверлить меня глазами. От него исходит столько эмоций, что я с трудом могу их прочесть. Он явно злится, судя по его напряженной челюсти и набухших венах в предплечьях. Но есть в нем и что-то менее очевидное. Он нервно перебирает пальцами и судорожно сглатывает. Неужели он испугался? Боится потерять меня? Или я просто выдаю желаемое за действительное?

Доктор Марсо направляется к двери.

— Эмерик, сегодня дежурят пять медсестер, который видят каждый твой шаг. Сложно будет избежать сплетен. — Его тон резок и категоричен.

— После сцены, которую закатила Джоанна, для них будет очевидно, что мне было необходимо пообщаться с тобой, — отвечая своему отцу, Эмерик по-прежнему не сводит с меня глаз.

— Она все еще здесь? — Я стараюсь выглядеть собранной и серьезной. — О чем вы говорили?

— У вас будет возможность обсудить это дома. — Доктор Марсо достает из ящика халат и отдает его мне. — Доктор Хилл будет здесь с минуты на минуту, чтобы провести гинекологический осмотр.

— Я останусь здесь. — Эмерик прислоняется к стене, запустив руки в карманы и устраиваясь поудобнее.

— Нет, этого не будет. — Я хватаю халат, вертя его в руках и пытаясь понять, что к чему. — Во-первых, это будет выглядеть довольно неловко. А во-вторых, я злюсь на тебя.

Он выхватывает халат из моих рук, помогая мне разобраться.

— Ты так и не угомонишься.

— Пойдем, сынок. — Доктор Марсо берется за ручку двери.

Подобно молнии, Эмерик сокращает расстояние между нами, хватает меня за волосы и прижимается своими губами к моему уху.

— Мы еще не закончили.

Затем он следует из кабинета за своим отцом, оставляя меня взбудораженной и в полном смятении.