Я надеялась, что она отвлекала его все выходные, потому что его интерес ко мне таил в себе опасность.

Только когда любить — это долг,

только тогда любовь вечно и счастливо

защищена от отчаяния.

Сорен Кьеркегор

АРИАНА ДЕ ЛУКА

После целого ряда других похоронных мероприятий — как мне сказали, традиционные обряды смерти продолжались несколько месяцев — самые высокопоставленные мафиози собрались в L'Oscurità, который закрылся на ночь.

Персонал еще оставался, и я согласилась поработать барменом на ночь. С утра я почти не видела Бастиана. Я хотела его проведать, но, по крайней мере, он выглядел лучше, чем на прошлой неделе.

Бастиан сидел в угловой кабинке с Николайо и Ашером, а я пыталась справиться с горой заказов.

Женщина, которая ранее ушла с Дамиано, заняла место напротив меня. Тесси назвала ее Ренатой.

Она посмотрела на Фрэнки, Джио и Илая Романо, а затем вернула свои янтарные глаза ко мне.

— Я возьму виски. Односолодовый виски. — Она спустила свитер с рук, повесила его на крючок под барной стойкой со стороны клиента и встретилась взглядом со своими жуткими янтарными глазами. — Macallan, если есть, пожалуйста.

— У нас есть 35-летняя бутылка в подсобке…

— Сойдет.

Я проскользнула в подвал и прислонилась к стене, давая себе время передохнуть. Бастиан встретил меня через несколько секунд, как будто он наблюдал за мной всю ночь, ожидая момента, когда я останусь одна.

— Ты в порядке?

Я подняла на него глаза.

— Я должна была спросить тебя об этом.

Я чувствовала себя так, словно мне не было места в мире Бюро. После того как меня весь день окружали "Сделанные люди", некоторые из которых были одной крови или фамилии со мной, я начала понимать, что мне нет места в этом мире. Мне нужно было найти себя, понять, кто я есть, без всех этих внешних сил. Я всегда хорошо выполняла свои обязанности, но во всей этой неразберихе я потеряла чувство долга перед самой собой.

Он шагнул ближе, его сшитый на заказ костюм придавал ему смертоносный вид.

— Со мной все будет в порядке. Сегодня мы должны праздновать жизнь Винса, поэтому я пытаюсь вытеснить все негативное. — Он занял место рядом со мной у стены. — Черт, это трудно.

— Я не думаю, что это когда-нибудь будет нормально.

Он бросил на меня взгляд.

— Спасибо.

— Я думаю, ты научишься жить в мире без него, и это станет твоей новой нормой, но когда ты перестанешь думать обо всем, чего тебе не хватает без него, это никогда не будет казаться нормальным. — Я повернулась к нему и встала между его ног. — Но это нормально. Это часть процесса горевания.

Он положил руку мне на поясницу, чуть выше задницы.

— А как насчет тебя? Ты скорбишь по маме?

Ответ пришел мгновенно.

— Нет. Именно поэтому я хочу, чтобы ты горевал по Винсу, потому что мучить себя, как это делаю я… это вырывает что-то из твоей души. — Я не хотела испытывать ту боль, которую чувствовала к Бастиану. Я вздохнула, вспомнив о напитке, который должна была принести Ренате. — Я должна была взять бутылку виски.

Бастиан поцеловал меня в губы и отпустил. Я порылась в бутылках в поисках виски, но когда нашла, его уже не было. Я отнесла бутылку в бар, налила Ренате стакан и протянула ей. Она дала мне шесть стодолларовых купюр, а затем пошла в сторону бара, когда туда вошел Дамиан.

Я заставила свое дыхание выровняться, когда он подошел ко мне, устроившись в промежутке между громоздким полицейским и чересчур накрашенной женой мафиози.

— Мисс Де Лука. Пенни за ваши мысли?

Услышав, как он так непринужденно произносит нашу фамилию, я приготовилась к ссоре. По коже побежали мурашки. Волосы на затылке поднялись дыбом. Мои конечности напряглись до такой степени, что было трудно пошевелиться.

Я провела тряпкой по барной стойке и налила ему разливного пива, хотя он ничего не заказывал. Мне просто нужно было чем-то заняться, чтобы разрядить нервы.

— Мне нравится думать, что они стоят больше.

— Это обмен. — Его голос понизился. — У меня был чертовски удачный месяц или два. Джованни Романо расспрашивал о девушке, которая рыскает по его территории. Представь мое удивление, когда моя фамилия проскользнула мимо его уст.

Джио спрашивал обо мне?

Я уперлась пятками в землю, изо всех сил стараясь вытеснить из себя беспокойство.

— Это просто фамилия.