Они могли говорить свободно. Ресторан обеспечивал идеальное количество шума, чтобы их разговор оставался приватным. Тем не менее, он говорил тихо, слегка наклоняясь, чтобы говорить в перерывах между едой.

— Хорошо, каков первый шаг? — спросил Адам.

У Ноя возникло искушение прикинуться дурачком, чтобы оттянуть ненадолго неизбежное. Но именно поэтому они и были здесь. Разгадать тайну.

— Я украл рюкзак Гари и сделал копии всех его ключей. Он приходит в клуб в семь вечера и уходит в десять-одиннадцать утра. Я поменялся сменами с другим мойщиком посуды, так что у нас есть целая ночь, чтобы просмотреть всё его барахло.

— Ты хочешь проникнуть в его дом и поискать... — подсказал Адам.

— Если у него такие же... вкусы... в порно, как у моего отца, то есть шанс, что он сохранил сувениры о том времени с моим отцом и этими другими мужчинами. Если я смогу найти эти кассеты, возможно, я смогу найти и этих мужчин.

Адам кивнул.

— Логично. Я могу попросить своих людей поглубже копнуть в его интернет-историю, банковские выписки, биографию?

Ной посмотрел на Адама ровным взглядом.

— У тебя есть люди?

— Ага. Разве не у всех они есть? — спросил он дразнящим тоном.

Ной всё ещё не понимал, на кого работает Адам. У него ушли годы только на то, чтобы установить личность Адама. Если бы его отец не был таким параноиком, Ною, возможно, даже не с чего было бы начать. Он не знал, что Адам работает на группу людей, до той ночи, пока не столкнулся с ним и тот не сделал телефонный звонок, который разрушил хрупкое существование Ноя. Расскажет ли Адам ему правду?

— На какую группу ты работаешь? — Ной понизил голос. — Кто нанимает шестнадцатилетнего подростка убивать людей? Ведь тебе столько лет было, когда ты убил моего отца, верно?

Адам кивнул, выглядя впечатлённым, Ной не понимал почему.

— Меня не нанимали. Мне не платят. Общественные работы, помнишь? Я обязательный доброволец.

— Ты не можешь принудить человека добровольно пожертвовать своим временем, — усмехнулся Ной.

— Скажи это моему отцу, — пробормотал Адам.

Для Ноя всё стало вставать на свои места. В трейлере Адам сказал:

«Нас воспитывали для этого». Вчера вечером, когда он был полусонный и под кайфом, это прозвучало для него как бред мстителя уровня Бэтмена. Но, возможно, Адам говорил серьёзно.

— Подожди... твой отец? Томас Малвейни... убийца? — прошептал Ной.

Адам прыснул со смеху; затем долго пил свой кофе, после чего сказал:

— Я тебя умоляю, мой отец никогда не запачкал бы свои руки подобным образом. Нет, мой отец учил нас быть убийцами.

Ной на минуту задумался над ответом.

— Нас? В смысле... твоих братьев?

Адам пожал плечами, внешне не обеспокоенный разговором, как будто они обсуждали дорожное движение.

— Я хочу сказать, что с его логикой не поспоришь. Я и мои братья обладаем уникальной способностью делать то, что мы делаем. И, честно говоря, мы оказались лучше, чем могли надеяться врачи, учитывая наши первоначальные диагнозы.

Вдоль позвоночника Ноя пробежали мурашки.

— Какие именно?

Адам мягко улыбнулся, покачав головой.

— Я же говорил тебе, я психопат.

Ной подавился кусочком блинчика, который только что отправил себе в рот, в приступе кашля, который привлёк гораздо больше внимания, чем он хотел.

После того, как кашель прекратился и остальные вернулись к яичнице и тостам, Ной выдавил из себя:

— Да, но когда люди так говорят, это скорее шутка или преувеличение.

Адам поднял руку, чтобы привлечь внимание Синди, а затем указал на свою чашку с милой улыбкой, которую Ной счёл смехотворной, учитывая весь разговор.

Снова посмотрев на Ноя, он пожал плечами.

— Когда я сказал это, я имел в виду, что меня наблюдали сертифицированные психиатры, которые определили, что я не способен испытывать любовь, сожаление, вину, раскаяние. Психопат или социопат – понятие относительное, я полагаю. Они не знают, родился ли я таким или из-за травмы навсегда сломалась моя психика. В любом случае, результат одинаков.

Ной заострил внимание на фразе «не способен любить», игнорируя пронзившую его боль. Это значит, что его влечёт к человеку, который по природе не способен полюбить его в ответ. Он и правда безнадёжен. Ной попытался отогнать эту мысль.

— Итак, все твои братья похожи на тебя?

— Психопаты, ты имеешь в виду? — спросил Адам. — Да, поэтому он и выбрал нас.

Ною вдруг пришла в голову мысль.

— Меня что, казнят за то, что я знаю?

Адам стал серьёзным.