— Да, но они не могут прийти к единому мнению.

Лукас быстро вернулся к поиску под раковиной, чтобы Август не увидел его улыбку от недовольного тона. Август читал книги об отношениях. Несколько. Несколько? Они познакомились совсем недавно. Когда он успел прочитать кучу книг об отношениях? Так вот почему Август написал глупые надписи на его стаканах?

Лукас издал торжествующий возглас, когда нашел спрятанную в глубине аптечку. Он положил ее на крышку унитаза, открыл и достал маленькую бутылочку, щелкнув крышкой. Лукас поднес бинт к ране и залил ее стерильной смесью.

— Рана очень глубокая.

Август с отвращением уставился на порез.

— Для этого и нужен скальпель.

— Скальпель? Ты позволил этой суке порезать тебя скальпелем? — Август ухмыльнулся возмущенному тону Лукаса, но он не мог понять, что нашел забавного в том, что какая-то психованная убийца чуть не перерезала ему горло. — Она могла убить тебя.

Август наклонился ближе, задирая носом футболку Лукаса, чтобы поцеловать его живот.

— Это ее последняя попытка спасти свою жизнь, — сказал Август, скользнув рукой по бедру Лукаса, обтянутому джинсами. — У нее не было ни единого шанса.

Лукасу знакомо это чувство. Он втянул воздух, почувствовав, как Август прикоснулся губами к его бедру и сжал его.

— Тебе, наверное, нужно наложить швы.

— Мне нужен только ты, — возразил Август, прослеживая большим пальцем по очевидной эрекции Лукаса. — Похоже, я тоже тебе нужен.

Лукас прижался к ладони Августа, застонав от удовольствия, которое расцвело от внезапного давления.

— Мне нужно закрыть рану.

— Ты закрывай. А я открою это, — сказал Август, ловко расстегивая пуговицу и молнию Лукаса, стягивая его джинсы, чтобы провести ртом по выпуклости в нижнем белье Лукаса.

Лукас откинул голову, закатив глаза, пока Август губами дразнил его член.

— Я не могу сосредоточиться, когда ты так делаешь.

— Я буду в порядке, — пообещал Август, обхватывая ртом влажное пятнышко на головке члена Лукаса.

Лукасу нужно было закрыть рану. В нее могла попасть инфекция. Он запустил пальцы в волосы Августа и дернул достаточно сильно, чтобы тот зарычал.

— Ты позволишь мне закончить закрывать рану, — сказал он, делая свой голос настолько строгим, насколько это было возможно с неистовым стояком. — А когда я закончу, тогда ты сможешь меня трахнуть. Понял?

Зрачки Августа расширились, когда он взглянул на Лукаса.

— Понял, — сказал он дрожащим голосом.

Лукас поцеловал Августа в губы.

— Ну, вот и славно.

Лукас сел на край ванны, взял стерильный бинт, чтобы зажать рану и перебинтовать. На это ушла вся упаковка. Закончив с перевязкой, он сказал:

— Вот. Все в порядке...

Не успел Лукас договорить, как Август притянул его между бедер, стянул с Лукаса трусы и заглотил его.

— Господи. Черт, — прохрипел Лукас, запутавшись руками в волосах Августа, так как его колени грозили подкоситься. — Не здесь.

Август отстранился, кулак заменил его рот, медленно работая им.

— Ты серьезно? Я могу тебя трахнуть? — Август прикусил бедро Лукаса.

— Можешь трахнуть меня, если хочешь. Мне нравится и так, и так.

Лукас с трудом сосредоточился. Ему тоже нравились оба варианта, но он хотел, чтобы Август был в нем.

— В спальню, сейчас же.

Август

Август был слишком возбужден. Может быть, дело в адреналине от ночных событий, а может, просто в мысли о том, чтобы зарыться в жаркое тело Лукаса. В любом случае его сердце учащалось каждый раз, когда Лукас оглядывался на него через плечо. Август хотел повалить Лукаса на кровать и вылизать каждый его сантиметр, попробовать на вкус, прижать Лукаса к себе и трахать, пока он издавал сексуальные звуки, которые издавал, когда отсасывал ему накануне вечером.

Дойдя до спальни Лукаса, Август не смог удержаться от того, чтобы не толкнуть его к двери, не схватить за лицо Лукаса, и не завладеть его ртом, покусывая его губы и подбородок.

— Я думал об этом весь день. Сегодня вечером я с трудом мог сосредоточиться на работе, зная, что ты здесь и ждешь меня.

Лукас застонал, сжимая задницу Августа, притягивая его ближе, пока их бедра не оказались вровень друг с другом. Лукас прислонился головой к двери и обнажил горло в бессознательно покорном жесте, от которого член Августа запульсировал.

Лукас доверял Августу и позволял делать с собой все что угодно. Буквально все. От этой мысли Августа затрясло, ему захотелось стащить с Лукаса одежду и трахать его у двери, пока он не заплачет и не начнет умолять. Как выглядел бы Лукас, когда он был бы совершенно беспомощен? Что он может сделать с Лукасом? Лукас прижался к Августу, как будто услышал его грязные мысли.