Он слез с меня, дернул вверх с такой силой, что моя шея хрустнула. Я стояла на коленях, спиной к нему. Он стянул мое платье через голову и откинул в сторону, после выкрутил мои руки за спину и обмотал ремнём вокруг запястий так туго, что я потеряла чувствительность пальцев на несколько секунд.

— Вот это хорошая девочка. Расслабься и больно не будет.

Он провёл рукой вниз по моей спине, нежно и мягко, будто гладил мою кожу.

— Чистый холст. Я наблюдал за тобой. Такая идеальная и милая, тихая. И теперь… — он вздохнул. — И теперь появилась прекрасная возможность — мне дан шанс исправить тебя.

Его рука на моей спине стала жесткой.

И я почувствовала острый укол ножа в спину. Я прогнулась, стараясь отодвинуться, но он сильно толкнул меня, и я упала вперед так, что моя щека прижалась к деревянному полу.

— Теперь не двигайся, принцесса.

И он начал резать.

Я тихо всхлипывала все время. Он будто рисовал на мне ножом. Он напевал под нос, пока делал это, веселую мелодию, повторяя ее снова и снова. Это не чувствовалось глубоко, будто он хотел пометить меня, но не оставить шрамы.

Внезапно все изменилось, и там был Дек. И еще Коннор. Они дрались с ним, пытаясь добраться до меня. Я кричала и плакала, но не могла освободиться.

Я не могла освободиться.

Не могла убежать.

— Дек!

Я молотила ногами, пиналась и всхлипывала.

— Держите ее.

Руки держали мои запястья.

Нет. Нет, это ремень. Ремень стянут вокруг моих запястий.

Я не могла понять, что реально.

— Отпустите меня. Отпустите!

Я кричала так громко, как только могла.

Все вокруг смешалось. Голоса. Картинки.

— К черту, успокоительное ей.

Я кричала снова и снова, картинки вспыхивали в голове.

Он бежал за Деком, в руке у него нож, его глаза смеются. Дек просто стоит и смотрит на меня. Он качает головой — разочарованный. Он разочарован во мне.

Почему он не смотрит на парня, который собирается убить его?

— Дек. Дек.

Меня охватило оцепенение, и я бежала, как в замедленной съемке, к ним.

Я не успею добраться туда вовремя.

Нет, не забирай его у меня тоже.

— Пожалуйста. Нет.

Нож медленно близился к груди Дека. Я забилась в истерике, но Дек просто стоял там, наблюдая за тем, как нож приближается.

— Не-е-ет.

Я не могу потерять его.

— Сэр. Сэр. Вы не можете входить сюда…

— С дороги, пока я не выкинул вас с моего пути.

Дек?

Я застонала.

Что происходит?

Я не могла его больше видеть. Темно и… Я снова сопротивляюсь. Бросаюсь и уклоняюсь, чтобы попытаться найти его.

— Ш-ш-ш. Успокойся.

Я не узнала голос. Я услышала шарканье ног.

Кто здесь?

— Что, черт возьми, происходит здесь?

— Вам следует отойти. Сейчас.

Я распахнула глаза, когда услышала его голос.

Дек. Он жив. Робби не убил его.

Я попыталась сесть, но не смогла. Потянулась вверх снова, голова в тумане, руки, ноги ослабли и… Смотрю вниз и вижу ремни вокруг моих запястий.

Я неистово забилась, будто кошмар с ремнем стал реальностью.

— Просто расслабься. Мы освободим тебя сразу, как ты успокоишься.

Я подавила рыдание, рвущееся из моего горла, из-за слов доктора, поразивших меня.

— Нет, — крикнула я и дернула ремни, но все было таким тяжелым и медленным. Я не могла сфокусироваться, комната расплывалась, и мужчина, стоящий рядом с кроватью, стал тем, с кем мой разум боролся, тем, кто заставлял меня.

Я услышала сильный удар чего-то в стену за дверью, а затем грохот, похожий на звук удара о пол металлического подноса с посудой.

Женский голос: «О Боже. Пожалуйста. Не стреляйте в меня».

— Тогда уйди с моей дороги, бл*дь.

Дверь распахнулась, и яркий свет из коридора ослепил меня на несколько секунд.

Все, что я увидела, огромную тень, стоящую в проеме.

Я позволила рыданиям взять вверх, и слезы потекли по лицу.

Он приблизился ко мне широким шагом в считанные секунды, я не отрывала взгляда от него, боясь, что если закрою глаза, он исчезнет.

— Сэр, она буйствовала, и мы…

— Что за хрень вы дали ей?

Дек положил свою руку на мою, одним движением сорвал пластырь, держащий катетер и откинул его в сторону. Он наклонился, и я услышала мягкий звук ножа, выходящий из его кожаного чехла.

— Это мягкое успокоительное, но Вы не можете…

Он прервал медсестру, не произнеся ни слова, а только бросив ей предупреждающий взгляд. Дек не знает страха. Он не думает о последствиях, вместо этого, он следует инстинкту и не пасует, делая то, что считает лучшим в данной ситуации. Это одна из черт, которую я люблю в нем.

— Дек, — всхлипнула я.

— Да, детка.

Он разрезал ремни на запястьях одним быстрым движением.

— Мне жаль.