Его рука потянулась к моим трусикам, и его длинные пальцы прижались ко мне. Моя голова откинулась на его грудь, в то время как ноги ослабли. Его язык прошелся по моей шее, он слегка пососал чувствительную кожу, пока его умелые пальцы разминали места, жаждущие его прикосновений.

— Я всегда буду бороться за тебя, независимо от того, сколько раз твоя привычка возьмет над тобой верх, ты меня слышишь?

Моя хватка на краю раковины усилилась, когда я сменила позу.

— Да, — заскулила я.

Он раздвинул мои ноги другой рукой, в то время как его эрекция сильно прижималась к моей заднице через его тонкие джоггеры. Он сдвинул мои трусики в сторону, и его палец снова погладил киску. Описывая круги над моим клитором, он удерживал мой взгляд в отражении, пока возбуждение поднималось вверх по моей шее. Мягкий розовый румянец озарил мои щеки, когда я потерялась в его зеленых глазах.

— От тебя так чертовски захватывает дух… — прошептал он мне.

Огонь внутри меня разгорелся сильнее, и я прикусила губу, чтобы сдержать его.

— Черт, — выдохнул он и убрал руку только для того, чтобы затащить меня в душевую кабинку и прижать к кафелю. Его губы нашли мои, и мои ноги ослабли от его сладких пыток. — Тебе нужно стоять самой, милая… — И он опустился передо мной на колени, спустил мои джинсы и трусики до лодыжек и раздвинул ноги. — И на этот раз, останься со мной.

Он провел одним пальцем вниз по моему телу, прежде чем погрузить внутрь меня, и мое дыхание снова сбилось, когда он прижался губами к моим бедрам и животу. С каждым толчком своего гибкого пальца Олли опускал рот, пока его губы не прижались к моему животу. Мои ноги подкосились, а руки отяжелели, я пыталась держать себя в руках, содрогаясь на грани взрыва.

— Мия, — выдохнул он снизу, и мои глаза открылись, когда остальная часть меня рассыпалась на части. — Ты для меня все. Ты — мой рай.

— А ты мой ад, — ответила я, обхватывая его лицо ладонями и поднимая его на ноги. Мой нетерпеливый рот нашел его прежде, чем он смог полностью встать, но как только он это сделал, я в порыве страсти скинула с себя джинсы и трусики, затем стянула его джоггеры с боксерами, желая, чтобы он быстрее оказался внутри меня.

Олли снял свою рубашку, прежде чем сорвать мою, затем нетерпеливо расстегнул мой лифчик.

— Хочу почувствовать твою кожу, — сказал он без всяких извинений и резко поднял меня за бедра. Я обхватила его ногами, и наши грудные клетки соприкоснулись.

Он погрузился в меня, полностью заполняя, его лоб прижался к моему, а глаза зажмурились. Прошло несколько секунд, прежде чем Олли пришел в себя, а я смогла преодолеть шок от его члена внутри меня. Я держалась за его шею, пока он пытался отдышаться.

— Черт возьми, Мия, я сейчас кончу.

— Открой глаза, — умоляла я, обхватив его голову своими руками. — Посмотри на меня.

Олли облизнул губы и открыл глаза.

— Мия, я… — начал он говорить, но я заставила его замолчать поцелуем. Моя спина врезалась в плитку, его язык скользнул по моему, и он начал двигаться в самом невероятном темпе, отлично подбирая нужные ноты, устанавливая связь, в который мы оба нуждались, пока мы не кончили вместе.

Я никогда не ожидала, что меня захлестнет ураган по имени Олли и я буду испытывать к нему чувства, однако я это сделала. Так было предначертано с самого начала. Мы с Олли стали непредвиденным предзнаменованием. Силой природы.

Как только я вошла в столовую на ужин, Стэнли отвел меня в сторону. Он упомянул, что декан хотел меня видеть, и настоял на том, чтобы я взяла ужин с собой, потому что я не вернусь вовремя.

Поднос с ужином дрожал в моих руках, когда я следовала за Стэнли по коридору, вниз по лестнице, в кабинет Линча. К тому времени, как я добралась туда, еда уже остыла, но мне было все равно. Эта внезапная встреча с деканом заставила мои мысли разыграть всевозможные наихудшие сценарии. У меня все равно не хватило бы духу поесть.

— Мия, присаживайтесь, — сказал Линч. — Благодарю, Стэнли.

Я обернулась и увидела, как охранник кивнул и закрыл за собой дверь. Поставив свой поднос на стол, я села на тот же стул, что и в свой первый день здесь. Казалось, это было так давно, но прошел всего месяц. В комнате потемнело, когда солнце село снаружи, и через полуоткрытое окно пробивались оранжевые и красные оттенки.

— Можете поесть, — сказал Линч.

Тишина.

— Как у Вас дела, мисс Джетт?

Я схватила вилку и принялась насаживать на нее макароны.

— Хорошо, я, полагаю. — Я немного расслабилась. Его голос не предвещал никаких неприятностей. Может быть, это была всего лишь разговор. Беседа, чтобы проверить, как я справляюсь.

— Есть какой-то прогресс в Ваших сеансах терапии?

— Да, сэр, — солгала я. — Ну, отчасти.

Я продвинулась вперед со своей терапией под названием Олли.