— Не совсем. — Сергей морщится. — Давайте не будем ему говорить. Роман с ума сойдет, если узнает.

Как мило.

— И кого мы спасаем?

— Кая Мазура, — говорит Феликс.

— Ещё чего. — Я фыркаю. — Да ни за что на свете.

— Ты мой должник!

— Этот человек — чертов псих, Феликс. Он наверняка подумает, что мы пришли, чтобы убрать его, и попытается убить нас первыми.

— Ты всегда видишь в людях только худшее, — вставляет Сергей. — Кай — порядочный человек.

— Кай — порядочный человек? Если я правильно помню, вы с ним не меньше пяти раз пытались убить друг друга.

— Порядочный и псих? — усмехается он.

Я щипаю себя за переносицу, с трудом веря в услышанное дерьмо. Это правда. Сумасшедших людей просто тянет друг к другу.

— Давай, Аз, — настаивает Сергей. — Мы не можем его бросить.

— Ладно, черт побери.

* * *

Справа от меня раздается хруст.

Я вскидываю винтовку в сторону источника звука и вижу, что это всего лишь грызун, шныряющий среди опавших листьев.

Воздух насыщен влажностью, из-за чего трудно дышать, особенно в полном тактическом обмундировании и с приборами ночного видения. Я перестраиваюсь и снова навожу прицел на деревянные ворота, у которых стоят двое мужчин.

— Этот псих не мог позволить себе попасть в более прохладный климат, не так ли? — ворчу я.

— Уверен, в следующий раз он будет более предусмотрительным, — отвечает Сергей, продолжая скручивать провода на своей самодельной бомбе.

— Как, черт возьми, его схватили?

— Понятия не имею. Феликс считал Кая мертвым, пока его имя не всплыло в сообщении, которое он перехватил по одному из неофициальных каналов. Представляешь, у этого старого засранца до сих пор есть запасной выход на связь с Крюгером. В любом случае, похоже, что мексиканцы держали его довольно долго. Зятя Мендосы арестовали в США в прошлом месяце, и они предложили обменять Кая на сыночка.

— Сколько времени?

Сергей заканчивает с бомбой и кладет ее на землю.

— Три года.

— Три года? Господи, мать твою. Ты уверен, что он жив?

— Они бы не убили его. Слишком ценный козырь в переговорах, — говорит он и достает снайперскую винтовку. — А вот в каком состоянии мы его найдем — это вопрос на миллион долларов. Давай подойдем поближе.

Мы подбираемся ближе к воротам и укрываемся за большим кустом. Я держу охранников в прицеле, а Сергей достает из рюкзака небольшое планшетное устройство и раскрывает его.

— Кстати, я видел запись твоих похорон. Прекрасная служба.

— Спасибо.

— Они все еще верят, что это была утечка газа?

— Те, кому надо, — да. — Я киваю в сторону стоящего перед нами комплекса.

— Сколько бомб ты установил?

— Двенадцать вдоль внешних стен. Тридцать семь внутри. Не смог сделать ни одной у ворот, так как они охраняются круглосуточно. — Он проводит пальцем по кнопке на клавиатуре и берет только что сделанную бомбу в свободную руку. — Обожаю это дерьмо.

Сергей бросает бомбу в сторону ворот. Она приземляется между двумя охранниками и взрывается. Через секунду воздух наполняется оглушительным грохотом — одновременно срабатывают все взрывные устройства, установленные Сергеем. Земля дрожит, словно под ногами произошло землетрясение, вздымая ввысь грязь, дерево и обломки зданий. Я просто жду, когда адская пасть откроется и поглотит нас целиком.

— Ты уверен, что этого достаточно, Белов? — с сарказмом спрашиваю я, глядя на облако пыли и дыма, поднимающееся над пятьюдесятью тысячами квадратных футов территории комплекса Мендосы.

— Хватит, — отвечает Сергей. — Не смог достать ещё больше «C4» в короткие сроки.

Проходит почти двадцать минут, прежде чем пыль оседает настолько, что мы можем хоть что-то разглядеть. Взрывы вырубили электричество, и весь комплекс размером с футбольное поле погрузился в темноту, а единственный свет исходит от десятка костров, возникших вокруг. Место происшествия действительно похоже на ад.

— Сейчас, — говорю я и, натянув бандану на рот и нос, направляюсь к воротам.

Крики и стоны раздаются повсюду, пока мы идем среди разрушенных строений. Периодические выстрелы дополняют какофонию, когда мы отбрасываем выживших на нашем пути. Все, за исключением огромного ангара в центре комплекса, лежит в руинах. Несколько человек стоят у входа, подняв оружие, и судорожно ищут приближающуюся угрозу. При подходе справа я убираю пятерых, а Сергей расправляется еще с четырьмя, подошедшими с другой стороны.

— Назад, — говорит он и направляется в сторону ангара, а я продолжаю идти к парадному входу.

Когда приближаюсь к двери ангара, выскакивают еще три охранника, но я быстро расправляюсь с ними и вхожу внутрь.