Рука летит к груди, потому что на мгновение я уверена, что сердце перестало биться, пробитое пулей с близкого расстояния. Драго дергается передо мной. Пистолет выскальзывает из его руки и падает на полузамерзшую траву у его ног.

Бах!

Я с криком смотрю, как муж падает на колени и начинает медленно пятиться вперед. Мгновение растягивается, и время останавливается.

Поверх головы Драго я вижу, как мужчина у гаража отбрасывает пистолет и лезет в куртку. Воздух врывается в мои легкие, а вместе с ним и абсолютное спокойствие.

Не задумываясь, я хватаю "Глок" за спиной. Я даже забыла, что он у меня есть, когда стрелок прицелился в меня. Хотя в тот момент я не уверена, что достала бы его, если бы вспомнилп. Теперь все сомнения исчезли.

Противник достает из куртки другое оружие, замахивается стволом, чтобы добить Драго. Его выбор. А я делаю свой.

Рука тверда, когда я поднимаю пистолет, дыхание ровное. Я почти не замечаю криков, доносящихся из подъезда, они становятся все громче, все ближе. За долю секунды я прицеливаюсь в голову парня и, ни секунды не раздумывая, нажимаю на курок.

Бах!

Мужчина отшатывается назад. На месте левого глаза появляется большая красная дыра.

Я сделала это.

Я убила его.

Я забрала жизнь. И я не жалею об этом.

Пистолет выпадает из моей руки, и я бегу. К Драго, лежащему на боку на холодной, мертвой лужайке.

— Малыш. — Сдавленный шепот срывается с моих губ, когда я опускаюсь на траву рядом с ним и осторожно переворачиваю его на спину.

Передняя часть его рубашки пропитана кровью. Я хватаю ее за края и разрываю, затем надавливаю ладонями на две кровоточащие раны в верхней части груди. Несмотря на все мои усилия, красная жидкость продолжает просачиваться между пальцами.

Окровавленная рука Драго касается моей щеки. Я поднимаю взгляд и встречаюсь с его глазами.

— Я думал, ты падаешь в обморок при виде крови, — говорит он едва слышным шепотом.

Крики и топот бегущих ног все ближе, но я не могу отвести от него взгляд.

— Не смей умирать у меня на глазах, Драго, — задыхаюсь я, в то время как слезы текут по моим щекам. — Не смей, мать твою.

Чьи-то руки хватают меня сзади, оттаскивая в сторону. Илья опускается рядом с Драго, прижимая свой свернутый плащ к ранам на торсе моего мужа. Он загораживает мне обзор, и я не вижу глаз Драго. Я рычу, брыкаюсь ногами, пытаясь освободиться. Мне нужно увидеть его глаза! Почему-то я уверена, что пока я могу удерживать его взгляд, я смогу сохранить ему жизнь.

Рядом с нами останавливается машина, и тут Филипп и Йован поднимают Драго и кладут его на заднее сиденье. Я кричу. Вою. И обнажаю зубы. Сильные руки обнимают меня, удерживая на месте. Мужской голос говорит что-то о том, что я должна уступить им место. Я впиваюсь зубами в его предплечье, и металлический привкус заполняет мой рот.

— Господи! — кричит кто-то. — Отпусти ее, Адам. Она может ехать с ним сзади.

Как только я освобождаюсь, я бросаюсь к машине и забираюсь внутрь. Я опускаюсь на пол заднего сиденья и прижимаю ладони к рукам Драго, прижимающего пальто Ильи к своей верхней части тела. Боже мой, как много крови.

— Посмотри на меня! — кричу я, когда машина дергается вперед.

Я не уверена, что он меня услышал, но его веки открываются, и его зеленый взгляд встречается с моим.

— Хорошо. — Я киваю. — Мы едем в больницу, где тебя подлечат. И всю дорогу туда ты должен держать глаза открытыми.

Драго переводит взгляд на мою макушку, в уголках его глаз собираются морщинки.

— Я должен был догадаться.

— Что?

— Оранжевый бант. Как у собак. — Он смеется, затем разражается кашлем, хрипло дыша.

Я поджимаю губы, из которых вот-вот вырвется полусмех-полувсхлип.

— Я знала, что тебе понравится.

Мой голос срывается, и я с трудом сглатываю, пытаясь сохранить самообладание и равновесие. Тот, кто сидит за рулем, похоже, ведет машину как маньяк. Я чувствую каждую кочку, каждый изгиб дороги, при каждом движении я ударяюсь головой о спинку пассажирского сиденья.

— Я люблю в тебе все, мой маленький сияющий шпион. — Он поворачивает руку, переплетая свои пальцы с моими.

— Даже мою курточку?

— Особенно, — он делает неглубокий вдох, — особенно твою курточку, mila moya.

Я больше не могу сдерживать слезы, и я позволяю им упасть.

— Я люблю тебя, Драго.

Слабая улыбка растягивает его губы.

— Я знаю.

Его рука скользит по моей руке к шее и притягивает меня к себе, чтобы прошептать рядом с моим ухом.

— Я влюбился в тебя, в тот момент, когда увидел тебя в том ужасном золотом сверкающем комбинезоне.

Я закрываю глаза и прижимаюсь губами к его губам.

— Пожалуйста, не оставляй меня.