К слову, он тоже остепенился. Они снова вместе с моей подругой. Он забросил всех баб, гулянки, бухло, и души в Лере не чает. Та же, в свою очередь, вертит им теперь, как хочет. Но, это она любя.

Я была против шумной пышной свадьбы, поэтому Толя заказал выездную церемонию за городом, пригласив только самых близких.

Сказать, что моя мама была в шоке, когда неделю назад я ей сообщила, что выхожу замуж, ничего не сказать. Вчера у нас состоялось знакомство с женихом. Как и все представительницы женского пола, моя родительница была безоговорочно очарована Каримовым. Ох уж, дамский угодник.

— Елизавета, согласны ли вы…

Вся торжественная часть проплывала, как будто, мимо меня. Перед глазами постоянно стояла пелена из, вот-вот грозящихся вылиться наружу, слез. Толик сиял, как бриллиант. Мне кажется, еще чуть-чуть и у него сведет скулы, от не сходящей с лица улыбки. Как же я его люблю.

Наши, горячо любимые, свидетели подарили нам брачную ночь в президентском люксе «Lotte Hotel», не трудно догадаться, что это Лерка с Денчиком. Каримов, как полагается, занес меня в номер на руках и поставил на пол, возле гигантской кровати, усыпанной лепестками красных и белых роз. Нежно обнял меня сзади за талию, по спине тут же побежали мурашки.

— Наконец-то, моя маленькая девочка, ты-моя жена, — нежно шептал мне на ухо, водя носом по моей шее.

Затем переместил руки мне на спину, мучительно медленно развязывая шнурки корсета. От предвкушения предстоящей ночи, начала тяжело дышать. Покончив с завязками, платье легким облаком, опустилось к моим ногам, оставляя меня в нежном белом кружевном белье и чулках.

— Малыш, что ты со мной сотворила, — хриплым голосом мурлыкал Каримов мне в шею, сжимая ягодицы.

Затем резко вжал мои бедра в свой пах, давая почувствовать его серьезный настрой. Внизу живота все стянуло в тугой узел, между ног приятно заныло в сладкой истоме. Слегка выгнула спину, запуская руки в его мягкие волосы и еще сильнее прижимаясь к каменному члену, от чего Каримов издал хриплый стон.

— Возьми меня, скорее, — попросила мужа, умоляющим голосом, сгорая от нетерпения.

После этих слов, у него сорвало планку. Развернув меня к себе лицом, Толя подхватил меня, усадив к себе на бедра и понес к широкому подоконнику. Бережно опустив меня на него, устроился между моих ног и с жадностью впился в мои губы, большими пальцами выписывая круги на внутренней части моих бедер, затем начал истерзать поцелуями шею, нежно покусывая, а затем снова целуя, и это сводило с ума. Вцепилась пальцами в его волосы, притягивая как можно ближе. Когда палец Каримова коснулся моего клитора, не смогла сдержать глухого стона.

— Котенок, ты же вся течешь, — прохрипел муж, коварно улыбнувшись и разрывая тонкое кружево моего бюстгальтера.

Изнывая от нетерпения и неудовлетворенности, судорожно начала стягивать его пиджак, затем, трясущимися руками, расстегивать пуговицы рубашки, которая никак не хотела поддаваться, и бросив эту затею, я просто с силой дернула за ее края, от чего пуговицы разлетелись в разные стороны, рассыпаясь по полу.

— Ты львииица, — промурлыкал Толя, впиваясь губами в мой сосок.

— Каримов, трахни меня, я больше не могу, — жалобно захныкала в ответ.

Резкими движениями расстегнул ремень, стянул с себя брюки вместе с боксерами и прижался твердым горячим членом к моей истекающей киске. Схватившись за его плечи, начинаю тереться, как кошка об его стояк. Резким движением, Каримов отодвигает в сторону тонкое кружево моих трусиков и одним толчком входит на всю длину. Громко всхлипнула от долгожданного удовольствия и почувствовала, как по ногам потекла моя смазка. Слегка откинулась назад, упираясь руками в подоконник. Толя не спеша, ритмично, начал вдалбливаться в меня до самого основания, придерживая меня за попу и играя языком с моими затвердевшими горошинами. Спустя какое-то время, Каримов ускорил темп, до приятной боли втягивая в рот мой сосок, и я поняла, что пропала.

— А сейчас я буду тебе делать маленьких Каримовых, — прошептал муж, оторвавшись от моей груди.

— Что? — бессвязно пролепетала я, находясь в секунде от оргазма.

И тут же почувствовала, как с последним остервенелым толчком и диким рыком Каримова, внутри меня начала разливаться горячая жидкость. От сильно пульсирующего члена внутри меня, меня пробило волной экстаза от кончиков пальцев до самых корней волос. Мышцы, что есть силы сжались вокруг его мужского органа.

Это одна из лучших ночей, проведенных с ним. Вообще, все ночи, что Каримов рядом, безоговорочно считаются лучшими.

- Толь, ты это серьезно говорил? — спросила, лежа на его груди после расслабляющего совместного душа.

- Ты про что? — не понял он, даря мне целомудренный поцелуй в затылок.

- Про детей, — робко ответила я.