От его слов Блю немедленно попятилась назад, но аколиты не позволили девушке уйти.

— Пожалуйста, не вынуждайте меня это делать, — тихо умоляла она.

Все попытки сопротивления отобразились на лице, когда слезы вырвались на свободу.

Думала, мое сердце разбилось еще сильнее, поскольку девушка даже не старалась противостоять. Сглотнув, и напряженно кивнув, она приняла данное обстоятельство.

Катя же, напротив, металась по полу, как чертова дикая кошка, удерживаемая аколитами, рыдая и выкрикивая ругательства на родном языке. Однако, она — единственная.

Это — безмолвное завуалированное фарисейство.

— А ты мне уже нравишься, — победно ухмыльнулся Витус, когда Блю приняла его руку.

Кали стояла рядом со мной, столь же беспомощная, как и я. Полагаю, самое прискорбное во всем этом то, что Ромеро оказался прав. Как и всегда.

— Все нормально, я уже проходила через подобное ранее, — практически шепотом произнесла Блю, заставив себя печально усмехнуться.

Подобное не было нормальным. Все лишь усугублялось. Я шагнула вперед, намереваясь что-нибудь возразить, но Гримм оттащил меня обратно.

— Погоди, — сказал Ромеро, шагая к ним.

Он вплотную приблизился к Блю, зажав что-то в руке. К тому времени, как все догадались, что это было, он вдавил предмет ей в шею. Девушка вскрикнула и мгновенно попыталась отпрянуть. Ром также быстро отошел, как и добрался до нее. На женской плоти теперь виднелся внушительный красный струп.

— Какого черта, мужик? — спросил Витус, выглядя реально встревоженным.

— Всего лишь пометил ее. Девушка одна из наших. Хочу вернуть ее обратно живой.

— Буду на связи, — произнес Витус, будучи совершенно недовольным. Тем не менее, он все же увел ее, по-прежнему деликатно. Следом за ним отправились и его подручные — вот и все.

Ромеро воздел руку вверх, призывая к молчанию.

— Прежде чем кто-либо из вас произнесет очередную еб*ную чушь и оскорбит мой интеллект, Гримм, похоже, оказался единственным, кто доверился достаточно, дабы понять смысл моих поступков. И если считаете, что я был внезапно застигнут врасплох, то являетесь таким же тупицей, как и Витус, — полагала, это стало его «отъ*битесь» речью.

Ром тоже свалил, прихватив с собой Кали.

Кобра помог Кате встать там, где ее бросили аколиты, затем сопроводил девушку обратно наверх. Если бы не напряжение пропитавшее воздух, можно было бы счесть, что всего этого вообще никогда не происходило.

Арлен

Он не выходил из своей комнаты уже несколько часов.

Катя была на террасе и пялилась на останки Ноя, а это значит, что парень находился в одиночестве.

Пройдя по коридору, мы остановились перед дверью. Кали отыскала свои яйца раньше меня. Постучав дважды, она вошла, оставив меня идти следом.

— Ого, — пробормотала я, как только зашла, — уже и забыла, насколько его комната отличается от прочих.

— Ему нравится цвет, — пожала плечами Кали, направляясь к кровати.

Комната Кобры была оформлена в голубых, желтых и темно-зеленых тонах. Помещение выглядело так, будто здесь живет особа королевского происхождения.

Слыша журчание воды в душе, и не представляя, сколько он еще там пробудет, я последовала примеру Кали.

Спустя час после ухода Витуса, Гримм и Ромеро отправились на какую-то чертовски секретную вылазку, и до сих пор не вернулись. Сам факт, что Кобра остался, давал понять, что он чувствовал себя как-то не так, что и следовало ожидать, но парень не обязан был проходить через это в полном одиночестве.

Устроившись рядом с Кали на кровати, взбила одну из огромных подушек.

— Знаешь ли ты, сколько засохших комков спермы вылетело сейчас? — поинтересовалась Кали, уставившись в потолок.

— Действительно? Фу-у-у, заткнись, — рассмеялась, игриво подтолкнув ее плечом.

— Проклятье, думаю, мне стоит почаще оставаться дома, — произнес Кобра, заходя в комнату в одном лишь полотенце на талии, его рыжие волосы стали чуть темнее после душа.

Мы с Кали быстро переглянулись после того, как сфокусировались на мужском теле дольше необходимого.

В отличие от Ромеро или Гримма, Кобра не был столь массивным, но это компенсировалось подтянутой фигурой и разноцветными татуировками.

— Прекратите дарить мне эти кровосмесительные взгляды, — парень сделал вид, что закрывается от нас.

Я закатила глаза.

— Натяни какие-нибудь проклятые кальсоны, а потом возвращайся и посиди с нами, — вздохнула.

— Мы здесь для моральной поддержки. Как бы то ни было, она тебе понадобится, — добавила Кали.