– И что на этот раз? Насколько серьёзные косяки?

Федотов опасно усмехнулся половиной рта и секунд десять рассматривал владельца «Диверсанта».

– Достаточно серьёзные. Но вас это беспокоить не должно. Мы займёмся ими по прибытии в Москву.

– Я ничего не понимаю… – Скиф перевёл взгляд на Листова, но тот лишь незаметно сжал кулак на уровне поясницы и глазами показал: «Всё хорошо!»

– К вам у нас больше нет претензий. Но будьте готовы в ближайшее время по запросу предоставить дополнительные документы в рамках вашей деятельности. Также есть вероятность вызова вас в суд, – спокойно ответил полковник.

– Так стоп. Претензий нет, а в суд пригласят? – желание выматериться зрело в Князеве с огромной скоростью.

– Да не переживайте вы так, – снова усмехнулся Федотов. – Не в качестве ответчика. Свидетелем.

– Понятно…

– На сегодня всё, но мы бы хотели ещё понаблюдать за ходом тренировок.

– Сегодня плюс тридцать шесть в тени. Уверены?

– Сынок, ты за наше самочувствие не переживай, – полковник забавно прищурился. – Мы в таких горячих точках побывали в своё время, что находиться тут – милая прогулочка.

– Как скажете… – Князев глянул в график. – После обеда отряд Дмитрия Перовского будет штурмовать здание. Из всех занятий это самое зрелищное.

– Отлично. Тогда мы пока сходим поедим, а потом пусть нас проводят на трибуны.

Мужчины как по команде одновременно поднялись со своих мест, пожали руку Князеву и двинулись на выход. Генерал же довольно ухмыльнулся:

– Поздравляю, капитан. Кажется, ты своим перфекционизмом только что потопил одного нечистого на руку полковника.

– Не было печали… – Дима махнул рукой. – Иван Павлович, кто такой этот Федотов? В каких он точках был? С ним что ни разговор – то какие-то шарады вечные…

– Ну… – Листов тихо откашлялся. – Я вроде тоже не пальцем делан. Навёл кое-какие справки. С этим человеком лучше дружить. Иначе бульдозером переедет.

– Это я и так уже понял. Что за заслуги-то у него?

– Он, Дима, из краповых товарищей. В основном, всё засекреченное. Но в том же Генштабе он если и не выносит дверь с ноги, то как минимум гость частый, и связи у него там крепкие.

Скиф дёрнул подбородком и уставился в потолок:

– О… Супермен-антитеррор.

– Прожуёт и не заметит. Хитрый мужик. Радует только то, что, пообщавшись с ним на несколько тем, я вижу, что служит он не за ради себя. Идейный. Скользкий, но принципиальный. Так что… не шипи особо, а уважь его.

– Понял.

* * *

Парни собрались в курилке, где Скиф и Лихой выложили последние новости о Рамазове.

– Вы нормальные? – взорвался Щит, вскочив с лавочки в курилке.

– Орать не обязательно.

– Вас ещё матом послать нужно. Кольт, ты чего молчишь?

Дима и Артём перевели взгляд на майора, который опустил голову и провёл ладонями по волосам.

– А что толку? Новости, конечно, не райские.

– Блядские!

– Серый, хорош. От того, что ты тут распинаешься, легче никому не станет. – Дима метко выстрелил бычком в урну. – Надо думать.

– Так я бы и думал до этого момента…

– И отвлекался.

– Хрен вам! Я умею держать себя в руках, годы тренировок, – не унимался Серёга.

– Значит, как и три дня назад, так и сейчас мы ничего не можем сделать? Просто смотреть, как наш учитель и друг умирает?

– Влад, не нагнетай.

Лихой снова закурил, хотя никотин уже вызывал тошноту. Эта была вторая пачка сигарет, но и она скоро закончится.

– Что сразу – не нагнетай? Такое ощущение, что только я один переживаю. Блядство! Меня аж колотит и хочется от бессилия кому-то врезать.

– Знакомое состояние. В спортзале ещё осталось несколько целых груш, развлекайся, – процедил Лихой.

– Ребятки, кого бить собрались, и что за повод? – Морок упёрся бедром в парапет курилки и поднёс сигарету к губам. Влад уже хотел съязвить, но Дима жестом остановил его.

– Это личный вопрос.

– Настолько личный, что вас слышно за двадцать метров, ну-ну…

– Уважаемый мозг всея «Феникса», мы вас не звали, – Щит скрестил руки на груди, агрессивно глядя Денису в лицо.

Тот, усмехнувшись и сжав сигарету зубами, вскинул ладони и уже повернулся было в противоположную сторону.

– Серый, помолчи, – Дима встал и подошёл к Денису ближе. Терять ему уже было нечего, а делить с Морозовым тем более. – Наш друг попал в больницу, и состояние его ухудшается, а военные медики, которые пытаются не дать ему сдохнуть, за сложную операцию не берутся.

– Настолько сложная травма? В наш век технологий могут ухо на теле крысы вырастить, а прооперировать не могут? – тон Дениса чуть не подорвал новую волну агрессии у бывших спецов.

– Состояние нестабильное. Давление скачет.

– Это единственное препятствие? – тот снова усмехнулся.