— Нет, — усмехается он, когда машина начинает замедлять ход. — Мы приехали.

— Наконец-то, — шепчу я, подавляя желание захлопать в ладоши, как ребенок в рождественское утро.

Он останавливает машину и говорит: — Подожди, пока я открою дверь.

— Хорошо.

Я слышу его шаги, и через несколько секунд пассажирская дверь открывается. Он берет меня за руку и помогает вылезти, а затем обхватывает мою поясницу, чтобы завести в дом.

— Осторожно, здесь ступеньки, — бормочет он.

Я, наверное, выгляжу как идиотка, пытаясь оценить высоту ступенек, но, к счастью, не падаю.

Когда воздух меняется и наши шаги звучат по-другому на полу, я понимаю, что мы в его доме.

— Здесь есть лестница, так что я просто понесу тебя, — бормочет он перед тем, как я взмываю в воздух.

Мой таинственный мужчина держит меня, как невесту, и, когда у меня вырывается смех, я обхватываю его за шею.

— Осторожно. Девушка может привыкнуть к тому, что ее носят на руках, — поддразниваю я его.

— Я не против, — хихикает он.

Кажется, что мы поднялись на три лестничных пролета, прежде чем меня снова поставили на ноги.

Набравшись терпения, я спрашиваю: — Можно мне снять повязку с глаз?

— Пока нет. — Его руки обхватывают мое лицо. — Я просто хочу сделать еще одну вещь.

— Что?

Я чувствую его дыхание на своих губах, затем его рот накрывает мой. Он не углубляет поцелуй, а замирает, словно наслаждаясь моментом.

Это почти похоже на прощание, что сбивает меня с толку.

Он отстраняется и, взяв меня за плечи, разворачивает так, чтобы я стояла к нему спиной. Когда я чувствую, как он развязывает узел, я задерживаю дыхание.

Вот и все.

Ткань спадает с моих глаз, и он говорит: — Я люблю тебя, Саманта. Никогда не забывай об этом.

Мое сердцебиение учащается, и я открываю глаза.

Первое, что я вижу, - черное кресло и журнальный столик.

Почему все это кажется знакомым?

Я бросаю взгляд налево и вижу двуспальную кровать, расположенную у окон от пола до потолка, из которых открывается вид на город.

Я чувствую, как немеет лицо, прежде чем осознаю, почему комната кажется знакомой.

Нет.

— Повернись, — говорит он.

Я в полном замешательстве, потому что мужчина за моей спиной по-прежнему звучит заботливо и доброжелательно.

Нет.

Когда я застываю на месте, а мое тело начинает дрожать, я слышу как он двигается и быстро зажмуриваю глаза.

— Саманта.

— Нет.

— Открой глаза.

— Нет.

В голове промелькнули воспоминания о том, как я проводила время с моим таинственным мужчиной.

Держала его за руку.

Обнимала его.

Плакала в его объятиях.

Целовала его.

Рассказала ему свой самый темный секрет.

Я чувствую, как его рука касается моей, и отдергиваю ее, распахивая глаза.

Мое зрение фокусируется на мистере Витале. На нем не обычный безупречный костюм, а униформа Paradiso.

Мой взгляд переходит на его лицо, и я в ошеломленном неверии разглядываю каждый его красивый дюйм.

Я дико трясу головой. — Я... Я...

Внезапно в моей груди вспыхивает гнев, и прежде чем я успеваю остановить себя, моя рука взлетает в воздух, но он оказывается быстрее меня и хватает меня за запястье, не давая мне дать ему пощечину.

— Как ты смеешь, — шиплю я, глядя, как мое лицо краснеет от хаотичных эмоций, бушующих в моей груди.

Он подходит ближе, и его тон становится мягким, когда он говорит: — Я люблю тебя.

— Нет! — кричу я, пытаясь вырвать свое запястье из его рук. — Ты разыграл меня как дурочку. Почему? Что я тебе сделала, чтобы заслужить это?

Из моей груди вырывается рыдание, что только еще больше злит меня, потому что я не хочу плакать перед ним.

Я начинаю бороться с ним, и он отпускает мое запястье, но прежде чем я успеваю отодвинуться от него, его руки обхватывают меня.

Он прижимает меня к своей груди, и, чувствуя его силу, я понимаю, что бороться бесполезно. Но я не могу остановить себя, чтобы попытаться.

— Отпусти! — требую я.

— Я знаю, что это неожиданно, но я все тот же мужчина, в которого ты влюбилась.

Боже.

Я дико качаю головой и упираюсь руками в его грудь. — Нет, не тот. Мужчина, в которого я влюбилась, добрый, терпеливый, заботливый и нежный, — бормочу я. — А ты - полная противоположность.

Когда он крепче прижимает меня к себе, я плачу: — Отпусти меня. Пожалуйста.