Он качает головой, совсем не выглядя счастливым, но потом сдается. — Один день, Мия. Я буду здесь завтра в девять утра, чтобы забрать тебя. Делай то, что должна сделать сегодня.

~

Весь день я была на взводе, ожидая возвращения Джози, чтобы мы могли поговорить. Я чувствую себя ужасным человеком, но я думала о том, что Логан сказал прошлой ночью. Я не просила Джози переезжать сюда со мной, на самом деле поощряла ее поехать в Лос–Анджелес. Я сказала ей, что мне будет хорошо жить одной и что наша дружба не пострадает из–за расстояния.

В конце концов, мы же не жили вместе в Северной Каролине. Джози настаивала, что я не должна быть одна в таком большом городе, как Нью–Йорк. Я думала, что будет весело иметь ее в качестве соседки по комнате, но последняя неделя была очень тяжелой.

Я понимаю, что она беспокоится обо мне. У нее нет тесной связи с семьей, не так, как у нас с Реттом. Я стараюсь помнить об этом, когда мы разговариваем, но сколько бы раз я ни объясняла, что парни никогда не причинят мне боль намеренно, она не хочет этого слышать.

Это не значит, что я прекращаю нашу дружбу. Я просто переезжаю. Джози не страдает из–за денег. Она не хотела оставаться в этом районе, но поскольку я не позволила ей платить за себя, она сдалась. С моим переездом она сможет снять себе жилье, где захочет.

Единственное, чего мне будет не хватать, так это жизни рядом со студией, но ездить на работу будет не так уж плохо.

Я также думала о том, чтобы устроиться на временную работу в Indie Ink. По крайней мере, пока я не пойму, чем действительно хочу заниматься всю оставшуюся жизнь. Я знаю, что ребята, должно быть, думают, что я легкомысленно отношусь к своему будущему. Это совсем не так. Выбор сферы деятельности – это серьезно. Я буду заниматься этим каждый день, и я хочу любить то, что я делаю.

Сегодня днем я уже собрала свои вещи. Я оставила много своих вещей в Северной Каролине. Как только у меня будет собственное жилье, я поеду за всем этим.

Входит Джози, вырывая меня из моих мыслей. Я встаю со своего места на диване, молясь, чтобы она была благоразумной.

Она смотрит на мои упакованные сумки, прежде чем взглянуть на меня.

— Джози, мы можем поговорить?

На ее лице сердитый оскал, и это заставляет меня скучать по тому, какими беззаботными мы были раньше. Я надеюсь, что когда пыль уляжется, мы сможем вернуться к этому.

Бесконечные секунды она просто смотрит на меня, и у меня разрывается сердце, когда я вижу ее такой расстроенной.

— Ты сможешь найти свое собственное жилье. Мы все еще будем друзьями, как тогда, в Северной Каролине. Ничего не изменится.

Медленно, она начинает идти ко мне, на ее губах появляется улыбка.

— Я начала верить в тебя. Я думала, что ты единственный человек, который не использует меня. Я должна была знать, что ты не такая.

— Что? — Я выпустила это слово на дрожащем дыхании. — Я никогда не использовала тебя. Мы друзья, потому что ты мне небезразлична.

— Небезразлична? – шипит она, останавливаясь передо мной. — Ты называешь это заботой обо мне? Ты притащила меня сюда! Я пошла против своих родителей ради тебя, и при первой же возможности ты просто отпихиваешь меня в сторону.

— Я никогда не просила тебя идти против родителей, Джози. Ты сама сделала этот выбор. Если я правильно помню, я даже поощряла твой переезд в Лос–Анджелес.

— Ты умоляла меня приехать сюда! – кричит она мне прямо в лицо. Я быстро делаю шаг назад, потрясенная тем, как быстро все нарастает. — Когда они отбросили тебя в сторону, как мусор, я была единственной, кто заботился о тебе.

— Заботилась обо мне? — Мои мысли сейчас крутятся в голове. — Я позаботилась о себе, Джози.

Пощечина отдаётся зудящей болью, прежде чем я осознаю, что произошло. Потрясенная до глубины души, я подношу руку к щеке. Не могу поверить, что она только что дала мне пощечину.

Выражение ее лица тревожное, дыхание вырывается сквозь стиснутые зубы, но я не отступаю.

Когда она делает угрожающий шаг ко мне, я отталкиваю ее от себя. Она делает несколько шагов назад и падает на спину. Как бы я ни старалась, я не могу сдержать свой гнев.

— Какого хрена, Джози? Я даже не знаю, кто ты теперь. Я действительно хотела сделать это по–хорошему, но ясно, что с тобой не договориться. Между нами все кончено.

Я отворачиваюсь и иду к тому месту, где оставила свои сумки сегодня днем. Я потянулась за одной из них, когда она толкнула меня сзади, заставив упасть вперед к стене. Все эти упражнения сделали меня более ловкой, и я быстро обрела равновесие. Пока я кручусь, она поднимает руку, чтобы снова дать мне пощечину, но на этот раз я готова. Я поднимаю руку, отбиваю ее, а затем оказываюсь у нее перед лицом.

— Попробуй только еще раз, – шиплю я. Никогда в жизни я не была так зла.

— Это я слушала твою бесконечную жалость к себе! – кричит она.

Я стиснула зубы, чтобы сдержать гнев. Она хочет этой ссоры. Она хочет, чтобы я потеряла контроль, чтобы я стала такой же, как она.