— Я вызову такси, – она отказывается от его предложения, затем снова смотрит на Мию. — Ты идешь или остаешься?

— Я собираюсь остаться, – отвечает Мия. Она провожает Джози до двери. — Я хочу провести время с Реттом. Увидимся завтра.

— Неважно, – выпаливает Джози и, не сказав больше ни слова, вылетает из квартиры. Черт, она холодная королева.

Мия хмуро смотрит на удаляющуюся спину Джози, прежде чем отходит в сторону, чтобы Джексон мог уйти. Я следую за Мией обратно к дивану. Она снова садится рядом с Реттом, а я сажусь напротив нее.

Теперь, когда нас только трое, совершенно ясно, что она делает все возможное, чтобы не смотреть на меня.

— Я сожалею о том, что произошло, когда ты приехала в Нью–Йорк, – извиняюсь я, надеясь, что это поможет сгладить разногласия между нами. — Ты хорошо выглядишь, Мия. Я бы не узнал тебя, если бы ты прошла мимо меня на улице. – Что я действительно хочу сказать, так это то, что она выглядит потрясающе красивой, но это было бы чересчур, учитывая, что Ретт сидит прямо рядом с ней.

— Все в порядке, – шепчет она и, наконец, смотрит на меня. Я вижу, что она заставляет себя улыбаться, потому что улыбка не касается ее зеленых глаз.

— Почему ты бросила колледж? – спрашивает Ретт.

Я немного наклоняюсь вперед, ставя локти на колени. Нам нужно поговорить с ней об этом.

Она заправляет прядь волос за ухо и внимательно смотрит на Ретта. Я ненавижу видеть эту ее сторону, то, что она чувствует необходимость быть осторожной рядом с нами.

Я собираюсь выяснить, у кого ее телефон, и я собираюсь выбить дерьмо из этого человека.

— После первой поездки в Нью–Йорк я была зла и обижена. Я думала, вы все отказались от меня, и я не хотела использовать эти деньги. Я хотела доказать себе, что могу справиться сама, поэтому бросила учебу и начала работать.

— Черт, Мия, – рычит Ретт. Он обнимает ее, как будто боится, что она снова исчезнет. — Где ты работаешь? Тебе нужно снова начать пользоваться трастовым фондом. Черт, ты так сильно похудела. Мама и папа убили бы меня, если бы были рядом и увидели это.

— Это не твоя вина, – говорит Мия.

Когда она откидывается на спинку стула, то гордо улыбается. У нее есть вновь обретенная уверенность в себе, которая излучается всем ее телом, и это только делает ее еще более желанной.

— Я не умираю с голоду, Ретт. Я питаюсь более здоровой пищей и занимаюсь физическими упражнениями. Я работаю в магазине недалеко от того места, где я живу. – На долю секунды на ее лице мелькает застенчивое выражение. Я бы пропустил это, если бы не пялился на нее. — Жизнь конечно не прекрасна, но я справляюсь.

— Я рад, что ты заботишься о себе, – говорит Ретт. — В каком магазине? Что ты там делаешь? Где живёшь?

Он задает ей все вопросы, которые возникли бы у меня, так что я не против просто сидеть и слушать... пока что. Но, черт возьми, потребность обнять ее продолжает расти, и я серьезно надеюсь, что у меня будет минутка с ней наедине.

— Мы снимаем квартиру в Вашингтон–Хайтс. Я устроилась приемщиком в Таргет. Я знаю, ты не одобришь, но это только временно, пока я не найду что–нибудь еще. – Она морщит нос и осторожно смотрит на Ретта, ожидая его реакции.

Со вздохом он проводит рукой по лицу.

— Я не могу в это поверить, – шепчет он. Он смотрит на меня так, как будто у меня есть все ответы на этот лажовый вопрос. — Нам нужно выяснить, у кого есть ее телефон. С кем, черт возьми, мы переписывались?

— Мы это выясним. Я займусь этим завтра первым делом. – Я не добавляю, что сделаю все, что в моих силах, чтобы заставить этого человека страдать так, как страдала Мия.

— Я не могу поверить, что позволил этому случиться, – говорит Ретт, явно беря всю вину на себя.

— Мы позволили этому случиться, – говорю я, желая уменьшить его вину, но не отказываясь от принятия ответственности за мое собственное бездействие.

— Ребята, – говорит Мия. — Никто из вас не виноват в том, что это случилось.

Ретт качает головой. — Я несу за тебя ответственность, Мия. Я чертовски жалкое подобие брата.

Ее подбородок начинает дрожать, и она берет его за руку. — Не говори так, – шепчет она. — Ты думал, что разговариваешь со мной. Я та, кто сдался.

— Подожди, – говорю я, думая о чем–то другом. — Ты не получала наши электронные письма?

— Электронные письма? – спрашивает она, качая головой.

Напряжение скручивается спиралью в задней части моей шеи. Это плохо.

— Я составил завещание для всех нас, включая завещание для тебя, Мия. Я отправил тебе твоё письмо по электронной почте, чтобы ты могла подписать его, что ты и сделала, или, по крайней мере, я думал, что сделала. Я также учредил пенсионный аннуитет и страхование жизни. Ты получила эти электронные письма?

Она качает головой, и я вижу, что она не понимает всей серьезности происходящего.