— Все и так чертовски неловко, — рычу я. — К черту это. — Обойдя внедорожник, я направляюсь к входной двери.

Когда я вхожу в хижину, Ками смотрит на меня, наливая воду в кастрюлю. Как человек на задании, я подкрадываюсь к ней, и она быстро опускает кастрюлю в таз и поворачивается ко мне лицом.

Ее дыхание учащается, и когда мое тело врезается в ее, ее руки взлетают по бокам от моей шеи, и она приподнимается на цыпочки.

Наши рты сливаются воедино, и мои руки сжимаются вокруг нее, как стальная клетка.

Отчаянный звук вырывается у Ками, когда она приоткрывает для меня губы, и когда мой язык проникает в ее рот, из меня вырывается удовлетворенный стон.

Христос Всемогущий.

Я прижимаю ее тело к своему, наклоняю голову и провожу языком по ее рту.

На вкус она как зависимость, просящаяся наружу.

Я наклоняю голову и пожираю каждый дюйм ее рта, а затем прикусываю ее нижнюю губу.

Когда я поднимаю голову, Ками угрожает:

— Клянусь, если ты сейчас остановишься, я пристрелю тебя при помощи одного из твоих пистолетов.

Смешок вырывается из моей груди, когда я хватаю ее за соблазнительную попку и прижимаю к своему телу, а затем опускаю на стойку.

Я так чертовски рад, что купил для нее больше, чем один наряд, когда хватаюсь за вырез ее рубашки и разрываю ее посередине.

— О Боже, — восклицает она, а затем стонет, когда я наклоняюсь и сильно втягиваю ее сосок в рот.

Я, блять, наслаждаюсь ею, как изголодавшийся мужчина, пока ее пальцы вплетаются в мои волосы, а спина выгибается дугой.

Отпуская ее сосок с влажным хлопком, я поднимаю голову и встречаюсь взглядом с Ками.

— Я собираюсь трахнуть тебя.

Я уже не спрашиваю разрешения. К черту последствия, я беру то, что хочу.

Она быстро кивает, ее дыхание учащается. Она наклоняется ближе, и ее губы касаются моей челюсти, затем она шепчет:

— Пожалуйста.

Мои руки путешествуют вверх-вниз по ее бокам, прежде чем мои ладони накрывают ее груди.

— В самый раз, блять, — ворчу я, затем прикусываю зубами ее нижнюю губу. — Ты такая чертовски сексуальная, это сводит меня с ума.

Ее глаза расширяются от удивления, и я отстраняюсь. Нахмурившись, я качаю головой.

— Ты понятия не имеешь, насколько красива, не так ли?

Чистый благоговейный трепет омывает ее черты.

Я обхватываю ее лицо руками и смотрю ей в глаза.

— Ни одна женщина никогда не сводила меня с ума так, как ты, Ками. Я буду трахать тебя до тех пор, пока ты не поймешь, насколько ты чертовски сексуальна и какой властью обладаешь.

Она бросается ко мне и целует с такой страстью, что у меня перехватывает дыхание.

Опустив руки на ее великолепное тело, я массирую и сжимаю каждый дюйм кожи в попытке запечатлеть ее ощущения в своем сознании.

Предвкушение между нами становится невыносимым, и, приподнимая ее, я приказываю:

— Обхвати ногами мою талию.

Она подчиняется моей команде, и пока я веду нас в спальню, она лижет и сосет мою шею.

— Господи, женщина, — рычу я и, опуская ее на кровать, качаю головой, стягивая шорты с ее ног. — Я и раньше попадал в опасные ситуации, но с тобой все по-другому. — Моя рука скользит вверх по внутренней стороне ее ноги, пока я не достигаю ее киски. — Если я не войду в тебя в ближайшее время, есть вероятность, что я умру.

С великолепной улыбкой на лице она хихикает:

— Мы не можем позволить этому случиться. Я просто должна спасти тебя.

Моя женщина раздвигает ноги, и, теряя последний контроль, я начинаю опускаться на нее, как одержимый.

— Господи, — выдыхает она, ее задница отрывается от кровати.

Я хватаю ее за бедра, чтобы удержать на месте, мои губы и зубы воздействуют на чувствительный пучок нервов между ее ног.

На вкус она как эротические ночи.

Господи, как же я жил так долго, пока не попробовал нечто столь изысканное?

— Макс, — выдыхает Ками, ее бедра начинают вращаться.

Я сжимаю ее сильнее и вдавливаю в матрас, чтобы полностью контролировать момент ее оргазма. Поднимая голову, я обдуваю воздухом ее горячую киску.

— Не кончай без моего разрешения.

— Какой смысл спасать мою жизнь, если ты планируешь убить меня вот так? — жалуется она.

Мрачно усмехнувшись, я пожираю киску своей женщины, пока она не начинает хныкать и умолять:

— Макс, пожалуйста. Я не могу сдерживаться.

Ползком поднимаясь по ее телу, чтобы я мог видеть ее лицо, я ввожу палец в ее влажное тепло и приказываю:

— Кончи для меня, детка.

Она хватает меня за бицепс, и когда ее внутренние мышцы сжимаются вокруг моего пальца, черты ее лица напрягаются, и она издает крик.