Они проследовали за своей сопровождающей обратно в главный вестибюль, и когда вышли на улицу, Теону пришлось зажмуриться от яркого света, после того как он провел все утро в здании. Небо уже затянуто тучами, как будто дождь будет продолжаться весь день. Он помог Тессе забраться в машину и сел следом за ней. Она уже перебралась на другую сторону машины, прижавшись лбом к холодному стеклу окна.

— Тесса, тебе что-то нужно? — спросил Теон, заставляя себя не тянуться к ней.

Аксель повернулся на своем сиденье, чтобы посмотреть на них, а Лука, вливаясь в поток машин, поглядывал в зеркало заднего вида.

Все они начали относиться к ней… иначе. И после всего, что ей пришлось пройти сегодня, даже Теон понимает, что это не помогает. Никому из них.

Тесса поднесла палец к стеклу, проводя по капле дождя, которая скатывалась по стеклу.

— Это сложный вопрос, — наконец тихо ответила она.

В салоне автомобиля раздался голос навигационной системы, сообщая маршрут к эксперту по подделкам.

— Тебе нужно исцелить что-то? — спросил он.

— Нет.

Он положил руку на спинку сиденья, но прежде чем он успел попытаться уговорить ее придвинуться к нему поближе, она уже начала двигаться. Она скользнула по сиденью и прижалась к нему, положив голову ему на плечо и закрыв глаза. Он взглянул на Акселя, брови которого удивленно приподнялись. Связь гудела, требуя от нее большего и желая успокоить все, что она чувствует.

— Тесса?

— Я устала, Теон, — сказала она, прижимаясь ближе. — И эта связь помогает… Это помогает мне вспомнить, что все, что я только что видела, слышала и чувствовала, было ненастоящим. Ну, физическая боль была реальной, но в остальном…

Она замолчала, и Теон подвинулся, обнимая ее одной рукой.

— Отдохни, Тесса, — пробормотал он, когда она прижалась к нему.

Ее рука мягко легла ему на грудь, пальцы вцепились в его рубашку прямо над его колотящимся сердцем, и он прижался губами к ее макушке. Через несколько минут она уже крепко спала.

Когда он убедился, что она действительно крепко спит, он рассказал Луке и Акселю все, что жрица рассказала о происхождении Тессы.

Аксель вытащил из кармана маленькое зеркальце и, вертя его в руках, спросил:

— У кого есть такие средства скрыть ее происхождение? И зачем? Может, это и защищало ее какое-то время. Но когда ее стихия проявится в полную силу на Церемонии Проявления, Пантеон превратится в поле битвы за право первым заявить на нее права.

— Да, но к тому времени никто не смог бы предъявить на нее права как на Источник, — возразил Лука. — Все Наследники уже сделали свой выбор.

— Мы все знаем, что это ничего не значит, — вмешался Теон. — Любой, у кого есть Источник, может внезапно оказаться без него, чтобы освободить место для другого.

Конечно, существовали законы, запрещающие подобные вещи, но это не всегда имело значение. В случае смерти Источника всегда проводилось расследование, и, пока оно шло, если Наследник королевства уже выбрал другой Источник, этого фейри удерживали для него до завершения расследования.

— Тогда мы возвращаемся к вопросу о том, у кого есть возможность спрятать ее? — спросил Аксель.

— Кто бы это ни был, он должен был быть рядом с ней с самого начала, — размышлял Лука. — Они должны были постоянно вносить изменения в оценочные результаты. Ничего подобного не упоминалось ни в одной из имеющихся у нас документах о ней.

— Но жрицы, проводящие оценку, должны были знать. Никто из них тоже не сообщал об этом? Никто не замечал, чтобы ее оценки менялись? Ничего из этого не сходится, — пробормотал Аксель, снова поворачивая зеркало в руке и проводя большим пальцем по гладкому стеклу.

Лука наблюдает за Теоном в зеркало заднего вида. Теон знает, что тот видит напряжение в его лице, что вокруг него начинает сгущаться тьма.

— О чем ты думаешь, Теон? — спросил Лука.

— Что она, должно быть, знала все это время и ничего не говорила.

Аксель снова повернулся.

— Ты не можешь всерьез в это верить.

— Как я могу не верить? Как она могла не знать?

— Ее магия не проявилась, Теон. Это будет действовать до Церемонии Проявления, которая состоится через несколько недель. Откуда она могла знать?

— Она знает, что может пройти через защиту без проблем, — возразил Теон. — Она доказывала это снова и снова.

— Это не значит, что она знает, почему она может это делать, — парировал Аксель. — Ты хотя бы спрашивал ее об этом?

Теон усмехнулся.

— Да. У нас был довольно душевный разговор об этом в перерывах между всеми этими препирательствами и борьбой за власть.

— Ты превратил это в борьбу за власть, — парировал Аксель. — Она прекрасно ладит с Лукой и со мной, когда мы не ведем себя как придурки с ней.

— Потому что она не считает ни одного из вас тем, кто все для нее испортил. Знаешь, что испортил я? Ее способность оставаться незамеченной.