Мы сидели в машине, за окном уже виднелся слабый рассвет. Макс предлагал остаться у него и переночевать, но я отказалась, понимая, что впереди меня ожидает еще один нелегкий разговор. Вообще эта ночь, начиная с самого вечера оказалась достаточно нелегкой для меня, но я рада, что ситуация между мной и Максимом немного прояснилась.

— Если хочешь, побудь у меня некоторое время, — Макс нежно гладил меня по руке, временами целуя пальцы. Мне нравилась эта его привычка, когда он так делал, я чувствовала себя как-то по-особенному хорошо.

— Нет, не стоит. В конце концов, этого разговора никак не избежать.

— Это правильно, — Максим улыбнулся. — Мне нравится, что ты не откладываешь дело в дальний ящик.

— Я просто понимаю, что наше выяснение отношений неизбежно, — я прижала горячую ладонь Макса к своей щеке. — Мне так хорошо с тобой, ты даже не можешь себе представить.

— Почему же не могу? Очень даже. Мне тоже нравится быть с тобой, ты каким-то магическим образом помогаешь мне забыть о проблемах и почувствовать себя живым.

Я посмотрела на него выразительным взглядом, а затем нежно поцеловала внутреннюю часть его ладони.

— Наверное, я вела себя как капризный ребенок, требуя от тебя, чтобы ты рассказал о своих проблемах. Теперь я не буду на этом настаивать. Просто знай, если ты захочешь со мной чем-то поделиться, то я всегда выслушаю и поддержу. Мне хочется быть тебе полезной, хочется тебе помогать.

— Мое ты солнце, — Макс прижал меня к себе и пожалуй, этот момент некого душевного единения, лишенного всякой недосказанности чувств был гораздо интимней самого процесса занятия любовью.

Мне не хотелось прерывать этот наш некий сакральный контакт. Я нежилась в крепких объятиях Максима, ощущая, насколько быстро сейчас бьется мое сердце. Всё внутри меня трепетало и млело лишь от одного аромата одеколона, что принадлежал Максу.

— Как твои руки? — я аккуратно коснулась бинта.

— Нормально. Заживет. И не такое случалось, — он заулыбался.

— Прости, мне очень жаль.

— Не извиняйся. Я сам посчитал нужным так поступить, так что не перекладывай на себя то, что должно находиться под моей ответственностью.

— Хорошо, не буду, — я отвела свой смущенный взгляд в сторону и глянула на завиток татуировки, что выглядывал из-под рукава куртки. — Что для тебя значат эти татуировки?

— Ничего, — как-то задумчиво ответил Макс.

— Такие большие и ничего? — я выпрямилась и удивленно глянула на него.

— Именно. В юности я не был покладистым мальчиком. Бунтовал против всех и вся. Что хотел, то и делал. Захотел тату и набил его.

— А по тебе и не скажешь.

— Думаешь, я всю жизнь книжки читал и очки носил? Я прошел долгий путь становления себя как личности, он был очень болезненным и местами радикальным. Не думаю, что если бы мы были одногодками и встретились лет десять назад, ты бы захотела со мной встречаться.

— Неужели всё было настолько плохо? — я подумала, что Макс шутит.

— Да, но давай пока что опустим эту тему. Тебе нужно поспать и не забудь, что я тебе спуску не дам. Пока не прочтешь в оригинале Лермонтова, не напишешь тесты и не сдашь стихи, я с тебя живьем не слезу.

— Какой ты грозный, — я улыбнулась, но в глубине души понимала, что своей напускной строгостью Макс лишь хотел уйти от темы про его прошлое.

— Временами, — он поцеловал меня на прощанье.

Я вышла из машины и забежала в подъезд. Теперь главной задачей оставалось нормально поговорить со Светкой.

Стараясь, лишний раз не шуметь, я открыла входную дверь и вошла в квартиру. К моему удивлению, в коридоре и в зале горел свет. Подруга не спала, чему я собственно не очень удивилась. Разувшись, я зашла в ванную, чтобы умыться и переодеться в домашний халат. Когда вышла, Света уже стояла в дверном проеме комнаты и с прищуром смотрела на меня, скрестив руки на груди.

— Привет, — я как-то глупо улыбнулась, это всё нервы.

— Сонь, почему ты такая лживая?

— Послушай, я понимаю, как всё выглядит в твоих глазах, но дай мне объясниться.

— Ты строила из себя святошу. Нельзя, он же наш препод, куратор! — Светка намеренно скопировала мой голос. — А сама! Ничем ведь не лучше. Так трудно было сказать, что ты с ним мутишь?

— Да как бы я сказала? Я испугалась. Про нас совсем никто не знал. Макс, конечно, не видит ничего плохого в том, чтобы мы перестали прятаться, но я… Я не хотела, чтобы у нас возникли проблемы.

— Но мне-то ты могла сказать? Ты меня знаешь, я бы не стала на каждом шагу трепаться. Я тебе тут про сны рассказываю, как дура не знаю, как привлечь внимание Макса, а ты всё знала и за идиотку меня воспринимала.

— Это неправда.

— Да ладно? Сколько бы ты еще молчала? Сонь, кажется, ты не понимаешь, что всей вот этой фигней могла бы зайти еще дальше.

— Я просила Макса поговорить с тобой.

— Короче, — Света психованно махнула рукой и ушла в комнату. — Я с тобой больше не разговариваю.