Он знает, кто я такая. Его наверняка предупредили, а даже если и нет, этот человек когда-то был у нас дома. Он просил у дяди руки моей сестры. Ему отказали. Жестко и некрасиво. Он ушел, а через некоторое время у нас начались серьезные проблемы. Несложно догадаться, кто к ним причастен.

Дядя искал обходные пути, чтобы решить их. Не получилось.

Поэтому я здесь.

Прожевав яблоко, мужчина неторопливо поднимается со своего места и направляется в мою сторону.

Я непроизвольно пячусь и вжимаюсь лопатками в холодный металл двери. Еще одна деталь, как и маленькое окно с решеткой, которое прямо говорит, где я нахожусь.

— Женитесь на мне, — прошу, почти приказываю подскочившим на несколько октав голосом.

Он никак не реагирует на мои слова. Только слегка прищуривается, останавливается в шаге от меня, грубо хватает мой букет и швыряет его на пол.

Я не знаю, куда деть свои руки. Хочется обнять себя, хоть как-то защититься. Но я гашу это трусливое желание. Опускаю руки и судорожно сжимаю пальцами тонкую ткань своего платья. Грудь от частого и взволнованного дыхания высоко вздымается.

Мне нужно успокоиться.

Поднимаю взгляд. ОН внимательно рассматривает меня, чуть прищурившись. Лицо, шея, плечи, грудь, живот, ноги. Его взгляд везде. Пусть я и одета, но сейчас вдруг чувствую себя голой. Сильней сжимаю ткань платья, чтобы убедиться, что это не так. Тихо сглатываю.

ОН отправляет в рот еще один кусочек яблока и возвращает взгляд к моим глазам.

Я жду, что этот человек сейчас что-нибудь скажет. Ну или как минимум зло посмеется над моим наглым требованием. Но он почему-то молчит.

— Вы когда-то хотели породниться с моей семьей, — дрожащим голосом продолжаю. — Я… Я согласна стать вашей женой.

ОН, конечно же, хотел это сделать несколько лет назад. И вряд ли моя семья ему сейчас хоть сколько-нибудь интересна. Мы погрязли в серьезных долгах. Предложить мне ему нечего. Только себя.

Мужчина продолжает молчать. Он больше не смотрит на меня. Доедает яблоко и отходит к столу, где лежит еще одно. Берет его, нож и снова опускается на стул.

Я не знаю, что мне делать. Когда я ехала в это место, готовила себя совсем к другому развитию событий. Как минимум к тому, где мы ведем диалог. Вряд ли приятный и стопроцентно очень унизительный для меня, но всё же диалог.

Что именно означает его молчание? Или я ищу смысл там, где его в принципе и нет?

Скашиваю встревоженный взгляд на свой букет. Он валяется почти в самом углу комнаты. Несколько нежных белых лепестков сорвались с бутона и лежат теперь неподалеку. Я почему-то вижу в своем букете мертвое тельце чего-то в прошлом живого, а лепестки… Лепестки — это его кровь. Пусть они и белые.

Поджимаю губы и снова смотрю на мужчину. У меня слишком хорошо развита фантазия, вот и придумываю всякую чепуху, чтобы хоть как-то успокоиться.

Дым.

Это его прозвище.

Звучит скорее поэтично, чем пугающе. Но мне всё равно страшно. До ледяных мурашек, сбитого дыхания и бешеного пульса в висках.

Вот так открыто я сейчас вижу этого человека впервые. В памяти у меня смазанным отпечатком остался только его профиль. Резкий и грозный.

Крупный, плечистый, среднего роста. Широкие запястья, темная поросль волос на руках. Густая щетина и слегка волнистые темно-русые волосы.

Он работает ножом резко и грубо, срезая толстый слой шкурки с яблока. Я бы могла это сделать намного аккуратней, чтобы оставить побольше сочной кисло-сладкой мякоти. Но, конечно, не стану даже и пытаться. Я здесь не для того, чтобы учить этого пугающего молчаливого мужчину, как правильно чистить яблоки.

Он совсем не красивый. Хмурый. С широким носом и тяжелой челюстью.

Мне сложно и даже противно представить себя рядом с Дымом.

В груди больно колет, потому что я вспоминаю Дениса. Мой парень. Парень, которого я бросила, потому что так надо. Иначе он из-за меня тоже может серьезно пострадать.

— Нам нужна ваша помощь, — в очередной раз выровняв дыхание, произношу. — Моя семья… У нее… У нас крупные проблемы. Это вы их устроили, верно? Пожалуйста, прекратите. Я сделаю всё, что вы скажете, только прекратите.

Дым не реагирует на мои слова. Даже бровью не ведет. Кажется, что чистка яблока ему в сто раз интересней, чем разговор со мной.

Я очень устала. Я почти измотана в ноль. Может, внешне этого и не видно, потому что на моем лице макияж, волосы собраны в прическу и платье выглядит замечательно. Но я, правда, на грани.

Мне с трудом далось решение приехать сюда. И не только из-за дяди. Морально было трудно. Но и сидеть сложа руки я больше не могла.

Беременность у Соньки протекает не так легко, как бы нам того хотелось. Нужны деньги. Ее муж не зарабатывает миллионы. Дядя погряз в долгах. Чтобы решить одну проблему, ему приходиться занимать крупные суммы, но затем возникает другая, а к ней вдобавок и долг. Такими темпами мы сначала окажемся на улице, а затем нас убьют, когда придут за деньгами, которых нет.