Я горько усмехаюсь, глядя на окружающую меня пустоту. Они хотят, чтобы мы дрались, по-настоящему дрались друг с другом за эти полоски кожи. Поэтому, пытаясь продержаться достаточно долго, чтобы найти другого противника, я отправляюсь на поиски воды. Деревья здесь огромные и страшные, они возвышаются высоко в воздухе и скребут низкие облака. Мне потребовалась целая вечность, чтобы вскарабкаться на одно из них и найти ближайший источник воды, и последние несколько очень скучных часов я пробиралась к тому, что, как я надеюсь, является ручьем.

Вот только сейчас я сижу под деревом и спорю с птицей. Я бросаю в нее еще один камень, а затем возвращаю свое внимание к связке палок. Я подбираю еще один наконечник стрелы, который собрала по пути, один из щедрых даров, оставленных нам в помощь, и прикрепляю его к одной из палок. Я уже слишком давно делаю стрелы, чтобы дополнить ими лук и колчан, удобно примостившиеся у ствола дерева.

Как будто Элитным нужно оружие.

Стрелу дополняют перья, надоедливой, но полезной птицы выше. Я с улыбкой смотрю на свою поделку, изучая все семь шатающихся стрел, наполняющих колчан. Благодаря отцу мне не впервой было создавать стрелы с нуля, и моя улыбка растет при этом воспоминании.

Перекинув колчан через плечо и скрестив тетиву на груди, я прощаюсь с птицей, все еще сидящей на дереве. Я вздыхаю и вновь направляюсь к воде, в которой так нуждаюсь. Ноги легки и бесшумны, я ступаю по местности, ища какого-нибудь животного, которое могу сожрать.

Вот.

В нескольких десятках футов от меня из кустов выпрыгивает толстый кролик, совершенно не подозревая о моих недобрых намерениях по отношению к нему. Я натягиваю лук на голову и выхватываю из колчана стрелу. Стучу по ней, прицеливаюсь и глубоко дышу, как учил меня отец. А затем посылаю стрелу в цель.

Прямо в глаз кролику.

Он мертв еще до того, как рухнул на землю. Я подхватываю животное, вытираю наконечник стрелы о близлежащее растение, надеюсь, не ядовитое, и возвращаю стрелу в колчан.

Найти воду. Развести костер. Поесть.

А потом я снова иду, спотыкаясь о корни деревьев и камни.

Захватывающе.

Я даю волю своим мыслям, пробираясь сквозь листву, думаю о соперниках, о бале, о мозолистых руках на моей спине и серых глазах, изучающих мое лицо.

Я раздраженно хмыкаю и бью по камню сильнее, чем следовало бы. Из моего рта вылетает череда ругательств, направленных на камень, на себя и на наглого ублюдка, которого я ненавижу за то, что не совсем ненавижу.

Солнце заходит за горизонт, а я продолжаю топтать зелень, ругаясь на многочисленные паутины, через которые прохожу, и на гигантских пауков, которые их сопровождают.

Меня догоняет Зрение, и я изо всех сил стараюсь не замечать его присутствия. Удовлетворившись тем, что собрал видеозапись, как я топаю по лесу, он поворачивается и исчезает.

Теплый свет позднего солнца проникает сквозь деревья, отбрасывая на лес золотистые тени. На мгновение я позволила себе насладиться зловещей красотой этого жуткого места.

И тут что-то ударяет меня по лицу.

Точнее, я ударяюсь обо что-то. Я чуть не спотыкаюсь, отплевываясь, и обнаруживаю, что угодила прямо в большую хлопчатобумажную рубашку, свисающую с низкой ветки. Я хватаю ее, ворча о том, что мне не нужны королевские милости, даже когда натягиваю на себя вещь.

Я иду и иду.

Мне скучно. Мне скучно во время кровавого Испытания.

И тут что-то мелькнуло, сверкнув в уголке глаза. Я поворачиваюсь к нему, под ногами хрустят листья. У меня чуть не открывается рот от того, что находится не более чем в тридцати ярдах от меня.

Глубокий бассейн с хрустальной водой искрится в лучах солнца, слегка подрагивая на теплом ветерке. Приветливо и чудесно. Я моргаю. Я не видела этого бассейна, когда сидела на дереве и вела разведку. Но опять же, сверкающая вода окружена деревьями, почти поглощена листвой вокруг.

Я практически спотыкаюсь, когда спешу к ней.

Вода. Вода. Вода.

Я так хочу пить, так жадно глотаю как можно больше. Потом развести костер, приготовить кролика и...

В воде что-то плещется.

Теперь я гораздо ближе, солнце не так слепит, отражаясь от прозрачной поверхности, и я могу разглядеть очертания сверху. Очертания человека. Я крадусь вперед, вытаскивая лук из-за груди и сжимая его в кулаке.

Фигура не двигается.

Фигура с грязными светлыми волосами, прилипшими к загорелому лбу.

Фигура с такими же стеклянными зелеными глазами, как и у короля, не отрываясь смотрит в голубое небо.

Из моего горла вырывается придушенный крик, от которого птицы разлетаются по деревьям вокруг меня.

Китт.

Он мертв.