Они отобрали нашу ТЬМУ! Заберём их свет… утянем… утянем свет! Не отдадим наши звёзды и луну!

Не заберут! Не смогут!

Снимем мясо с их костей! УТЯНЕМ!

Пока песок НЕ ЗАПОЛНИТ ИХ РТЫ И ГЛАЗА!

ЗАБЕРЁМ!

Если бы я могла, я бы уже закричала от натуги, пытаясь подняться с земли, чтобы схватиться за оружие. Внезапно неестественное чувство тяжести проходит, тело поддаётся, и я резко вскакиваю на ноги, вытаскивая один из клинков. Начинаю вертеться, оглядываясь вокруг в поисках врагов. Последние крики показались песчаной волной, которая прокатилась прямо по мне. Уверена, что чувствовала чьё-то горячее дыхание. Я загнанно дышу, а сердце болезненно быстро бьётся о рёбра.

Дарен, который задремал сидя, просыпается от моего резкого движения, тут же быстро вскакивает и, выхватив кинжал, осматривается по сторонам.

– Где они? – не заметив врагов, я менее нервно продолжаю озираться вокруг.

Пока мы спали, уже стемнело, и на небе появилась нужная нам звезда. Глаза медленно, но привыкают к скудному свету луны.

– Кто – они? – растерянно переспрашивает Дарен.

Я оторопело смотрю на друга, удивляясь вопросу.

– Голоса. Ты слышал их? – Я вспоминаю демонический шёпот, стараясь успокоить бешено стучащее сердце.

Теперь кахари непонимающе таращится на меня.

– Не было никаких голосов, Ойро.

– А песня?

– И песни не было.

– Мне показалось, я слышала… – я осекаюсь. Всё было таким реальным. Особенно в конце. Я так отчётливо различала каждое слово, каждый свист и нарастающий гул.

– Это был кошмар. Просто плохой сон. Ты устала, мы оба устали от жары, – выражение лица парня смягчается, он сочувственно улыбается.

Я силюсь ответить тем же, но выходит лишь кривая и натянутая гримаса, отдалённо напоминающая настоящую улыбку. Руки продолжают трястись, когда я убираю клинок обратно в ножны. Это был лишь сон.

«Сегодня. Сегодня мы найдём оазис.

Ещё немного. Буквально ещё один час, и мы выйдем к нему», – не перестаю убеждать себя я, когда в очередной раз с трудом поднимаю отяжелевшие ноги.

Наши запасы воды закончились в начале ночи. После того сна мы промочили горло в последний раз. Небольшой запас еды ещё есть. Однако без воды тяжелее всего было глотать на завтрак хлеб всухомятку. И всё же нам нужны силы, поэтому мы заставили себя жевать остатки лепёшек. Мы шли всю ночь и почти весь день.

Солнце стояло в зените уже три часа назад, а сколько ещё идти, мы не представляем. Голова кружится. Уже дважды я споткнулась и упала на ровном месте. Препятствий здесь нет, но ноги заплетаются. Каждый раз Дарен готов помочь мне подняться. Я благодарна за крепкую руку, на которую могу опереться, и ненавижу себя за слабость. Сумела бы я проделать этот путь в одиночку? Я уже сомневаюсь. Пустыня оказалась более жестоким местом, чем я представляла.

Ещё один час.

Ещё десять минут.

Ещё всего лишь минуту.

Я не перестаю убеждать себя, даже когда сил не хватает, чтобы поднять голову. Кажется, я всё время смотрю только под ноги. Друг идёт позади.

– Ойро…

Я не реагирую, продолжая бормотать себе под нос глупости о том, что осталось совсем немного, и мы найдём оазис.

– Ойро!

Мы так долго бредём в тишине под лёгкий шёпот слабого ветра, что я уже успеваю отвыкнуть от громких звуков. Голос Дарена раздаётся неожиданно и выбивает меня из колеи. Я пытаюсь обернуться, но отклоняюсь от верхушки бархана, неудобно ставлю ногу и неудачно наступаю на более крутую подветренную сторону. Бархан начинает осыпаться под моей ногой, мне не удаётся удержать равновесие, и я лечу вниз по склону, создавая небольшую песочную лавину.

Тело вращается так быстро, что я не успеваю зацепиться хоть за что-нибудь. Только пытаюсь защитить голову с шеей от травм. Под конец склон становится более пологим, и последние пару метров я проезжаю уже просто на заднице. Остановившись, облегчённо выдыхаю и откидываюсь назад на песок, поражаясь, что, кроме синяков, ничего серьёзного не заработала. Всю сонливость как рукой снимает, и благодаря адреналину сознание проясняется. Тут же рядом появляется Дарен, который аккуратно сбегает вслед за мной, создав ещё одну маленькую лавину. На его побледневшем лице читается волнение.

– Ты в порядке?!

Я просто киваю в ответ. Какое-то время он продолжает внимательно меня разглядывать, наверное, в поисках возможных переломов, но убедившись, что их нет… прыскает от смеха. Вначале один раз хрипло, потом второй, а после третьего начинает громко хохотать, упираясь ладонями в колени. Его смех неприлично громко разносится вокруг.

– Просто ты… тут шею сломать можно… а ты… – продолжает задыхаться от смеха Дарен, а я с недоумением таращусь на друга. – А ты просто на заднице прокатилась… как… на горке.