Незнакомка бросила на Илью разгневанный взгляд, пряча за ним очевидный испуг. Демонстративно игнорируя юношу, она схватила сперва одну свою ногу, а затем другую, стараясь понять, почему их не чувствует.

Александр научил его управлять мертвецами. Илья тренировался на упырях и утопленниках и после первого же опыта осознал, почему Мороки не шибко любят лезть в голову к нечисти. Ощущения отвратительные, будто натягиваешь на себя скользкую, холодную, чужую личину, полную хаотичных беспорядочных мыслей и беспочвенной жестокости или тяги к насилию. Первые разы были особенно страшны: ещё не способный правильно абстрагироваться от захватившего сознание бреда, Илья голыми руками убил фазана и пытался его сожрать. Животный голод мертвеца, которому Илья влез в голову, пересилил его неокрепший разум. Александр успел привести ученика в чувство прежде, чем Илья зубами впился в плоть несчастной погибшей птицы. Наставник поделился, что его первые попытки были не лучше. Он едва не захлебнулся, пытаясь контролировать утопленника в озере. Тот мог существовать под водой, а вот Александр нет. Кристиан за шкирку выволок ученика на берег.

Но в этот раз всё было по-другому. В мыслях этой девчонки отсутствовал привычный нечисти хаос, скорее была паника, смятение и страх за собственную жизнь. Однако она определённо была русалкой. Об этом говорили её наполовину позеленевшие волосы: у корней они ещё оставались русыми, но, начиная с середины, медленно переходили в неяркий травяной оттенок, чем-то напоминающий листья папоротника. Ещё русалку можно было определить по просвечивающей коже на спине: должны быть видны рёбра и внутренние органы, но проверять Илья не стал, видя слишком много осознанности во взгляде незнакомки, чтобы посметь задрать ей платье. Да и тот факт, что он смог на неё воздействовать… Мороки способны управлять лишь мёртвыми. Однако Илья видел все три нити.

Он был настолько обескуражен, что не пресёк потуги русалки уползли. Получалось у неё скверно и медленно. Девушка то и дело гневно шипела и огрызалась на юношу, время от времени руками перемещая свои ноги.

– Что ты со мной сделал, чудовище! – завопила она, раздражённая восторженной улыбкой Ильи. Юноша попытался стереть признаки радости, понимая её неуместность, но выходило плохо. Он вообще не думал, что когда-либо встретит русалку. Кажется, даже Агате с Анной они не встречались, а сёстры родились более двух сотен лет назад. – Тебе весело?!

Илья встрепенулся, мигом стёр улыбку и, округлив глаза, уставился на девушку.

– Я – чудовище? – удивился он, осознав, как его обозвал живой мертвец.

– Тут ещё кто-то есть, морочья твоя сущность?! – взвилась русалка, отчего Илья аж рот разинул. Оскорблённым он себя не ощутил, он вообще растерялся, не зная, как реагировать. – Видала я таких! Мозги пудрите! То не делай, туда не ходи! Этих не трогай, там носа не высовывай! – продолжила передразнивать русалка, намеренно кривляясь и делая голос ниже, подражая мужскому тону.

Илья несколько раз в замешательство моргнул.

Милосердная Морана! Он никогда не видел разумного мертвеца.

Русалка болтает совсем как живая.

Но ведь у неё все три нити?

Не выдержав, Илья обошёл девушку по кругу; та с недовольным сопением следила за ним, провожая хмурым взглядом.

– Отпусти меня, и я тебя не трону, – проворчала она.

С губ Ильи сорвался невольный смешок. Девчонка насупилась, получив от него мягкую улыбку и скептический наклон головы. Она быстрая, но даже если он не станет использовать своё влияние, русалку он скрутит голыми руками.

Худая, низкорослая и хрупкая. Илья перестал улыбаться, глянув на её стройные, но исцарапанные ветками и травой ноги. Русалка заметила и раздражённо прикрыла обнажённую кожу потрёпанной юбкой светлого платья. Не самая плотная материя, и юноша сглотнул, наткнувшись на обтянутую тканью небольшую грудь и худые плечи. К его удивлению, девчонка одарила его свирепым взглядом и обхватила себя руками.

Они думали, что русалки полностью вымерли, однако ради безопасности Александр рассказал всё, что о них знал. По слухам, эти существа прикидывались невинными девушками, любили соблазнять своими телами и красотой, нашёптывали сладкие речи, чтобы увести жертву в воду и там утопить или… защекотать до смерти. Последнее всегда вызывало у Ильи недоумение, но, как он выяснил из уроков Агаты, таким разве что молодые русалки занимались.

Эта вела себя совсем не так, как ему рассказывали. Похоже, чуяла, что он Морок, и осознавала тщетность уловок. Да и её стеснение не казалось наигранным.

– Я всё исправлю, если пообещаешь не убегать, – примирительно предложил Илья.

– Чтобы ты меня убил?! Ещё чего!

– Я могу убить тебя прямо сейчас, зачем мне тебя отпускать?