Она закусила губу. А потом, расслабившись, раздвинула ноги. Первое прикосновение ее пальцев было похоже на приход весны, тепло дышащее землей. Жар распространился и расцвел, распустив тысячу лепестков. Раньше она никогда не осмеливалась бы прикоснуться к себе. Ее тело было тайным садом, и только один мужчина держал ключ.

К черту это. Ее палец погрузился в ее влажный канал, покрывая ее внутренние складки шелковистой пленкой.

Почему она так долго ждала этого? В этом не было ничего постыдного или неприличного. Чувствовалось...

-О боги, - простонала она, ее ноги напряглись, веки закрылись. Подушечка ее пальца нашла место, от которого через нее посыпались электрические искры.

Забудь о Маркусе, она могла сама доставить себе удовольствие.

Маркус… Его твердое лицо заполнило ее взор, серебряные глаза сверкали, кончики его щек покраснели от гнева и возбуждения. Мммм, да, прямо здесь.

Ее спина выгнулась, когда ее палец обвел ее клитор. Так хорошо.

Она томно моргнула...

-Маркус!,- она вскрикнула и отпрянула, давая себе место, чтобы сесть.

Ее муж навис над ней.

-Наслаждаешься, жена?

В слове «жена» было много напряжения.

-На самом деле, да.

В ее голосе прозвучал легкий писк, в котором не было ничего такого вызывающего, как она намеревалась.

Он последовал за ней, грозовая туча темная с едва сдерживаемым насилием. Он схватил ее запястье и поднес к губам. Он смотрел на нее, всасывая ее пальцы в рот.

Она захныкала, сжимая бедра вместе.

Кого она обманывала? Удовольствие, зарождающееся у нее между ног, теперь было вулканом по сравнению с мерцающим пламенем ее прежнего возбуждения. Маркус стер ее влагу с ее пальцев, обвивая языком каждую нежную часть, пока она не закрыла глаза, испытывая головокружение от удовольствия.

Его левая рука обхватила место между ее ног.

-Это принадлежит мне. Ты чувствуешь боль и удовольствие только по моей команде.

На какое-то прекрасное мгновение его ладонь коснулась ее клитора. По ней прокатилась волна.

Он отпустил ее, и все исчезло. Кора подавила стон. Ее тело пульсировало, оплакивая потерю.

-Что ж, извини меня, господин и мастер.

Был ее вызов. Очевидно, неудача в оргазме заставила ее нервничать и лишить мозга инстинкта выживания, потому что она продолжала ворчать.

-Я не понимала, что ты возьмешь на себя все функции моего тела.

-Все, Кора. Вся ты принадлежишь мне.

Она свесила ноги с кровати.

-Что ж, в таком случае, твоя собственность голодна. Покорми меня.

Он подошел к спинке кровати и присел рядом с цепью. Его тело закрыло ей обзор, поэтому она не видела, как работает механизм.

В следующий раз. В какой-то момент ему придётся ошибиться.

Он вернулся с цепью в руке и задумчиво потянул за нее. -Я тебя накормлю. Но ты все равно будешь наказана за прикосновение к тому, что принадлежит мне.

-Как ты собираешься меня наказать на этот раз? Связать меня? Унизить меня? Отшлепать меня? Ой, подожди, ты уже все это сделал.

-Ты думаешь, это худшее, что могло случиться?,- он намотал цепь на свое запястье, потянув его вверх.

Она поднялась на ноги, дрожа от его близости. Ей хотелось злиться на него, бить его в грудь, закричать и вырвать ему сердце, как будто он вырвал ее. Остальная часть ее хотела, чтобы он прикоснулся к ней, сильный, уверенный и нежный, утоляя голод, бившийся внутри нее.

Он поднял ее на цыпочки. Она одарила его своим лучшим взглядом, но ее поймали, и она оказалась в его власти, как рыба на удочке.

Он открыл рот, чтобы что-то сказать, и ее живот заурчал достаточно громко, чтобы эхом отозваться по комнате.

Маркус закрыл рот, в его серебряных глазах мерцало веселье.

-Голодна?

-Уже сказал тебе.

Она могла лучше бороться с ним с полным животом.

Ужин был почти таким же, как и завтрак. Она на подушке у его ног. Он кормит ее филе с восхитительным уксусом. Иногда вилкой он не пользовался. Он заставлял ее высасывать сок из его пальцев.

И она делала это, становясь все влажнее и влажнее с каждым разом, особенно когда его большой палец задерживался у нее во рту, лаская ее нижнюю губу и проводя по ее горлу к груди, где он щипал ее соски.

Она беспомощно стонала, настолько взбесившись, что была уверена, что он сможет заставить ее кончить всего несколькими взмахами пальцев. Или, еще лучше, его языком.

Когда ужин был закончен, он не стал поднимать ее на стол, как раньше. А когда он отвел ее обратно в комнату, он просто снова прикрепил ее цепочку к кровати.

А потом.

Он.

Пошёл к двери.

-Подожди, - сказала Кора, - ты куда?