–– Забирайся на кровать, к самому изголовью, –– приказываю я нарочито равнодушным тоном. Снимаю часы, перстень, ремень и кладу на столик. Делаю несколько уверенных шагов в сторону кровати. Девушка неуклюже забирается и садится между подушек, вопросительно глядя на меня. Ее взгляд скользит с моего лица вниз и снова возвращается к глазам. Я ей нравлюсь внешне, и это неудивительно. Однажды одна девица из эскорта призналась мне, что редкая удача получить в качестве клиента молодого и привлекательного самца. Это почти как мечта, которой грезят все продажные красавицы, но в реальности получают старых, жирных, извращенных толстосумов. Я тоже извращённый, но молодой…
–– Спустись немного, скрести запястья и подними вверх, –– произношу ровным голосом, подходя к краю кровати. Не моргая смотрю, как бледнеют ее щеки, а венка на горле начинает трепыхаться еще сильнее. Уверен, что девушка новичок. Иначе бы так не дрожала.
Мне нравится ее неуверенность. Так моя фантазия будет максимально реалистичной. Забираюсь на кровать и встаю коленями между ее ног, которые она сразу разводит. Какая быстрая и послушная девочка. Протягивая руку провожу большим пальцем по влажным губам, чуть надавливая на них, заставляя открыться. Она улавливает сигнал, обхватывая палец губами. Сосет его слишком энергично, вызывая снисходительную усмешку. Вытаскиваю палец из горячего рта, хлопая ладошкой по губам. Девушка опускает руки мне на плечи, пытаясь снять с меня рубашку.
–– Нет, –– жестко говорю я. –– Руки на исходную позицию.
Она робко кивает, снова скрещивая запястья и поднимая их вверх. Я стягиваю с нее трусики одним резким движением и обматываю их вокруг ее запястий. Она с любопытством, и небольшим опасением, следит за моими действиями. Когда я снимаю с шеи галстук, скручивая его в кляп и засовываю его в ее рот, опасение в голубых глазах становится испугом. Она дергается, пытаясь освободить руки, но я властно удерживаю их, одновременно ласково гладя по щеке тыльной стороной ладони.
–– Не бойся, я не сделаю ничего плохого. Мне нужно, чтобы ты молчала, –– с кривой усмешкой произношу я. Очерчиваю кончиками пальцев одной руки ореолы ее сосков, с удовлетворением замечая, как нагое девичье тело покрывается мурашками. Больно щипаю маленькие соски, и она снова дергается, что-то мыча в мой галстук. Я смеюсь, растирая большими пальцами обиженные горошинки. Ее тело напрягается, розовеет, и когда я глажу ее едва ощутимыми прикосновениям между ног, она уже достаточно мокрая для того чтобы принять меня полностью. Прижимая клитор, проникаю в нее двумя пальцами, чувствуя, как стенки ее лона мягко обволакивают их своим влажным жаром. И когда ее бедра начинают двигаться навстречу моей руки, я резко вынимаю пальцы. Снимаю рубашку, бросая в сторону, расстегиваю брюки, опуская вниз. Ее взгляд с туманным вожделением скользит по мне, задерживаясь на рельефном прессе и татуировках. На член она не смотрит, что снова наводит меня на мысль о неопытности девушки в выбранной профессии. Я надеваю презерватив, глядя на изогнутое в страстном призыве стройное тело. Сколько мужчин до меня вот так же смотрели на нее, прежде чем взять в полной мере то, за что заплатили денег? На самом деле я презираю их, этих доступных, похотливых продажных распутниц, но все равно цинично пользуюсь их услугами. Хватаю девушку за лодыжки, подтягивая к себе. Сгибаю ее ноги в коленях и надавливаю ими на грудь с торчащими сосками, которая некрасиво расплющивается. В такой позе мне максимально доступно все, что я сегодня использую. То, как неумело и бездарно она сосала мой палец, подсказало, что минетом я не воспользуюсь. Когда я делаю резкий выпад, со звонким шлепком проникая в женскую горячую плоть, она снова мычит в мой галстук, прогибаясь в спине. Берусь обоими руками за изголовье кровати, мощно и резко имея несчастную любительницу легких денег. Она мотает головой, мыча и вздрагивая, не в силах противостоять моему напору. Я держу ее запястья одной рукой, продолжая вколачиваться в хрупкое тело. {Что, не нравится, сучка? Больно тебе?}
–– Теперь ты понимаешь, зачем я заткнул твой грязный ротик, шлюха? –– Хрипло шиплю я, наклоняясь к ее лицу. В ее глазах загнанное выражение, которое сменяют вспышки боли, когда я беру ее в другое отверстие. Грязно и безжалостно. Она больше не сопротивляется. Ее тело максимально расслабленно, и я знаю, что ее этому обучали. Сопротивление только усиливает болезненные ощущения. Самое время вытащить кляп. Она уже смирилась и кричать не будет. Засовываю пальцы в пересохшие губы.