–– О чем же? –– вяло спрашиваю я, отрешенно глядя в иллюминатор.

–– Ты видел много американских женщин… –– продолжает Джадир, я отрываю взгляд от плывущих облаков и медленно поднимаю его на невыразительное лицо поверенного шейха.

–– Ну? –– недоуменно приподнимая правую бровь, спрашиваю я.

–– Они и правда, никогда не отказывают мужчине?

–– Тебе бы, Джадир, отказали, не смотря на восьмизначный счет в банке, –– иронично ухмыляюсь я.

–– Почему? –– хмурится он, темнея лицом.

–– Ты не такой симпатичный, как я, –– заявляю совершенно серьезно, хотя с трудом сдерживаюсь от того, чтобы заржать в голос.

–– Разве дело во внешности? –– ведется Джадир, с любопытством разглядывая мое лицо. –– Я не считаю тебя красивым.

–– И слава Богу, –– смеюсь я. –– Но на самом деле, в любом городе Америки ты, как и в других странах, совершенно без проблем можешь купить проститутку, а вот приличную женщину придется завлекать чем-то другим. Обаянием, например, подарками дорогими. Срабатывает не всегда и не на всех. Я обычно шел легким путем, выбирая определенный доступный тип девушек. Но, как видишь, моя годами наработанная система дала сбой в случае с мисс Йонсен.

–– Это потому что она девственница, –– пожав плечами, произнес Джадир с умным видом.

–– Какая девственница, ты бредишь? –– резко спрашиваю я, чувствуя, как во рту появляется неприятный горький привкус поражения.

–– Если бы тебе было интересно, то ты бы мог ознакомиться с материалами дела, к которому приложены медицинские документы полного обследования Мелании Йонсен, –– бесстрастно сообщает Джадир. –– НЕ удалось тебе, мальчик, сорвать цветок. Не переживай, всегда найдется тот, кто сделает это за тебя, –– добавляет этот сукин урод и смотрит на меня с таким триумфом, что хочется вмазать кулаком по его высохшей роже, но я сдерживаю порыв. Достаю из кармана айфон, и открываю неактивное окно общего чата для студентов Йельского университета, примитивную «болталку» для внутреннего использования.

–– Ну, это вряд ли, –– мрачно ухмыляюсь я.

–– Адам, ты забыл, что мы в небе? Здесь не работает интернет даже по воле принца, –– глумливо насмехается Джадир.

Я набираю текст в поле сообщения, которое уйдет в чат, как только мы приземлимся и войдем в зону, где доступны интернет сети. Чат работает таким образом, что я вполне могу скинуть в него любое сообщение анонимно, не используя свой основной ник, который знает весь Йель. И это тот самый случай, когда я выбираю функцию «скрыть личные данные».

«Внимание, друзья! У меня есть для вас важная информация! Мне достоверно известно, что Мелания Йонсен больна плохо поддающейся лечению венерической заразой. Будьте бдительны сами, и передайте своим друзьям, чтобы не повторяли моей ошибки. Я не могу назвать себя, потому что повелся на обманчиво невинное личико, и сейчас прохожу длительную и мучительную терапию после одного единственного минета в туалете. Прошу разослать данное сообщение максимальному количеству студентов. И я надеюсь, что вам не придется пройти через временную потерю потенции, адские боли, и кожный зуд, который заставляет раздирать собственное тело до язв».

Через несколько часов сообщение провалится в чат, и уже завтра Мелания Йонсен перестанет существовать для всей мужской половины Йеля как сексуальный объект.

Два ноль в мою пользу, крошка.

ГЛАВА 4

{Мысли иногда причиняют больше страданий, чем тело.

Браун Д. «Ангелы и демоны»}

[ДВА ГОДА СПУСТЯ]

[POV Мелания]

–– Вот это да, –– тяну за собой чемодан, прислушиваясь к восторженному голосу Сэм. Все необходимое я перевезла с собой в небольшом чемодане на колесах, остальное привезут из Нью-Джерси в течении двух дней. В этом году мы с Сэм и Эйприл закончили Йель. Последний месяц я жила у Саманты в Нью-Джерси, хотя мама очень просила меня пожить у них с Эдвардом в Бостоне перед тем, как я устроюсь на постоянную работу.

Но правда была в том, что я… не хотела жить с мамой. Не могла. Как бы я не скучала по ней, как бы не любила маму, я не чувствовала себя комфортно рядом с отчимом.

Даже несмотря на то, что в последний год перед моим поступлением в Йель наши отношения с Эдвардом изменились. Но прошлое изменить было невозможно, как и все, что он сделал.

Они гордились тем, что я закончила Йель с отличием и наградами, и смотрели на меня с восхищением, но я не могла вернуться в свою клетку. Я люблю своих родителей, но мама и Эдвард чересчур опекают меня. Особенно Эдвард… кажется, он до сих пор против того, чтобы я встречалась с парнями.

{Не волнуйся, Эдвард. Мужчины настолько противны мне, что мне это не грозит. Спасибо одному ублюдку –– Джареду Саадату.}