Мы целуемся бесконечно долго, до потери дыхания и темноты за сомкнутыми веками. Сердце отчаянно барабанит в груди, по венам течет жидкий огонь.  Она тихо стонет, податливо отвечая на каждое движение моего языка. Гремучее возбуждение превращает мое тело в один оголенный нерв и мне чертовски мало. Еще одно прикосновение и нас просто снесет в пропасть, но я не хочу думать о последствиях. Я до одури хочу Алисию с того момента, когда впервые узнал о физической стороне отношений с девушками.

Оторвавшись от влажных губ, чтобы глотнуть воздуха, прижимаюсь носом к виску Ли, считаю бешеные удары ее пульса. Она тяжело дышит, ресницы трепещут. С ума сойти, какая она невероятная. Это лучше, чем в любой из моих фантазий. Скользнув пальцами по тонкой девичьей шее, спускаюсь ниже, накрывая ладонью вздымающую грудь под тканью абайи… И все заканчивается.

— Хамдан, ты совсем спятил? — упираясь ладошками в мою грудную клетку, задыхаясь возмущается Алисия. Дерьмо, если Ли называет меня моим первым именем, значит, она жутко зла. Вранье! Уверен, что ей понравилось. Отстранившись, я откидываюсь на спинку своего сиденья. Кладу дрожащие руки на руль, сжимая до побелевших костяшек. Мне надо остыть. В таком состоянии я вряд ли смогу доставить нас в пункт назначения.

— Что на тебя нашло? — требовательный горящий взгляд впивается в мое лицо.

— Это был мой вариант: с днем рождения, Алия, — говорю первое, что приходит в голову.

— Алиса или Алисия, — поправляет девушка. И, правда, я ее раздраконил не на шутку. — Мне не нравится Алия.

— А Ли? — повернув голову, я с улыбкой смотрю на нее, грудную клетку заливает волна нежности. Алиса так очаровательно возмущается, при этом краснея, словно девственница. Но она и есть девственница. И эта девственность принадлежит ее будущему мужу.

Не мне, черт побери, не мне.

— Ли — можно, — снисходительно кивает моя невинная принцесса. — Ты же знаешь, как я не люблю все эти арабские имена, — поясняет она, приглаживая растрепавшиеся волосы.

— Но ты и есть арабка, Ли. Твой отец шейх целой провинции, — напоминаю я, включая зажигание.

— Мы поедем или так и будем торчать здесь, пока твой и мой отцы не натравили на нас специальный отряд?

— Успокойся, Ли. Через сорок минут будем на месте, — пытаюсь усмирить разгневанную девчонку. — Пристегнись, пожалуйста, — прошу я, и хаммер резво трогается с места.

— Я не арабка, Нейт, — после непродолжительной паузы, упрямо поджав губы, бросает Алиса. — До двенадцати лет я была американкой, жила в Нью-Йорке, и с тех пор для меня ничего не изменилось.

— Ага, кроме того, что последние пять лет ты живешь в Анмаре, во дворце шейха, под его неусыпным контролем, ходишь в школу для девочек и носишь абайю. Совсем ничего, Ли. Абсолютно.

— Это временные трудности. Уже через десять дней я буду жить в общежитии Колумбийского университета, а все свои абайи могу подарить твоей сестренке или будущей жене, — язвительно парирует Алиса. — Тебе уже нашли невесту?

— Я сам себе выберу невесту, Ли. И точно будут способен сам купить ей одежду и все, что она пожелает, — невозмутимо заверяю я.

— Везучая сучка, — дерзко смеется девушка, изображая пальцами кавычки.

— Почему мы соримся, Ли? — бросив на нее беглый взгляд, прямо спрашиваю я. Алисия демонстративно отворачивается, скрещивая руки на груди.

— Потому что ты заснул язык мне в рот, — чуть тише выдает она.

— Брось, Ли. Мы целовались раньше, — непринужденно отзываюсь я, пытаясь разрядить обстановку.

— В двенадцать лет, — напоминает девушка. — Это не считается, мы были детьми, и язык ты держал при себе.

— Тогда я просто не знал, что с ним делать. А теперь знаю. Вот и решил поделиться опытом. По-дружески, — я смеюсь, а она краснеет, гневно шипит, пихая меня локтем в плечо.

— И кто же тебя научил? — прищурив мятежные прозрачно-голубые глаза, с подозрением любопытствует Алисия. Ревнует? Это же хороший знак, да?

— Да много кто. В городе полно мест, где могут научить, чему угодно, — необдуманно отзываюсь я. Думать разумно в присутствии Алисии, вообще, весьма сложно. Ответом мне служит мрачное, тяжелое и взрывоопасное молчание.

— Лучше, расскажи, как ты выпорхнула из своей клетки, — снова заговариваю спустя минуту тягостной тишины. — Я ждал тебя ровно там, где мы договорились.

— С западной стороны забора было слишком много охранников. Не поверишь, но мне удалось пробраться через центральные ворота. Пристроилась к маминым подругам. Они как раз уходили домой. Одной больше, одной меньше, кто вообще считает этих закутанных с ног до головы женщин? Кстати, ты так и не сказал, куда мы едем.

— Это сюрприз к твоему дню рождения, — загадочно улыбаюсь я.

***