— Правильно я тебя понимаю, ты считаешь, что мои претензии и гнев беспочвенны, и мне, правда, не о чем беспокоиться? Амиран…, — внезапно, я вновь вспоминаю, что в самые трудные дни в мои жизни, его просто нет рядом, и нахожусь на грани того, чтобы разрыдаться прямо в трубку.

— Правильно понимаешь. Нет причин для претензий. Только ты занимаешь все мои мысли. Вирджиния — друг семьи, не более, — я отвечаю на нейтральную реплику мужа взволнованным всхлипом. — Ну, что случилось, сладкая? Неужели ты думаешь, что я мог бы притащить в свой дом любовницу и поселить рядом с женой, чтобы по приезду бегать из спальни в спальню?

— Нет, но…

— Никаких «но», Алиса. Ты, я и больше никого. Моя любимая ревнивая tatlim не имеет конкуренток, — шепотом признается любимый мужчина. И я верю ему, бесконечно хочу верить ему, глотая жгучие слезы в гордом одиночестве.

— Единственная, помнишь? — мягким и бархатистым тоном стелет мне он.

— Не помню, Амиран. Еще несколько дней и я забуду, как ты выглядишь. Почти три недели, Ран. Слишком долго. Я дико скучаю. Так сильно, что невыносимо просыпаться по утрам, зная, что снова не увижу тебя, — слова вырываются сами, рвутся из эпицентра раскрытого и обнаженного перед ним сердца. Я почти сказала, что люблю его. Немного другими словами, но я чувствую: он осознает смысл. — Когда ты вернешься домой? Я больше не выдержу без тебя, — нервно кусая губы, бормочу я.

— Я пока не могу ответить на твой вопрос сейчас, сладкая, — слышу по интонации, насколько тяжело Амирану даются эти слова, но тем не менее он не находит больше фраз, чтобы как-то успокоить или обнадёжить меня. А значит — успокаивать нечем и прогнозы на ближайшее совместное будущее неутешительные.

— Тогда я тоже не могу…точнее не хочу сейчас разговаривать.

Амиран произносит строгое «Алисия», но я тут же бросаю трубку и пишу ему простое сообщение, отражающее всю суть бурлящих внутри эмоций.

«Я знаю, что в первую очередь ты будущий правитель своей страны, и только во вторую — мой муж. Мне чертовски хочется быть мудрой и сдержанной, но очевидно — я еще не научилась этому. Я вынуждена молчать о том, о чем хотела бы кричать, потому что знаю, насколько тебе важно сейчас сосредоточиться на проблемах в Анмаре. И все же, Мир… Мы уже потеряли ребенка. Теперь ты хочешь потерять еще и меня? Потому что я не знаю, насколько меня хватит… Когда-то я мечтала о том, чтобы ты находился как можно дальше от меня, но теперь все иначе. Вселенная всегда исполняет желания с опозданием…»

Пишу быстро, глотая едкие слезы, а потом… стираю.

Амиран

— Сбросила вызов? — подняв на меня проницательный взгляд, любопытствует Мердер. — Может, стоило сказать сразу, а не устраивать нежданчик. Женщины не любят подобные сюрпризы. Может, твоей жене нужно время, чтобы подготовиться и встретить тебя особым образом, — Колман многозначительно подмигивает, но тут же меняется в лице, поймав мой тяжелый взгляд. — Прости, я забыл, что вам сейчас не до этого.

— Все нормально, Кол, мы разберёмся, — отвечаю нейтральным тоном. — Проблема в другом. Я абсолютно забыл про Джину. Не взял в расчет, насколько Алиса ревнива, — мрачно киваю, переводя взгляд в иллюминатор.

Повод для ревности я продемонстрировал наглядно, хотя и непреднамеренно, но, Шайтан подери, тогда мы оба неслабо накосячили. Я был чертовски зол и вымотан, а она дьявольски упряма.

После я неоднократно давал Алисе понять, что других женщин для меня не существует. Однако зерно сомнения успело дать ростки и выдирать этот сорняк с корнем придется мне, и возможно, неоднократно.

— К Вирджинии не приревнует только святая, — с ухмылкой отзывается Колман. — А тебе досталась тигрица с гонором. Смотри, как бы глаза Джине не выцарапала.

— Для этого нет причин, — начинаю раздражаться от болтливости друга. Во время полетов парень нервничает и частенько несет всякую чушь.

— Серьезно? — с сомнением тянет Мердер. — Насколько я помню, дочурка Искандера неровно к тебе дышала, да и он сам не отказался бы от родства.

— Мы и так родственники, — резко отзываюсь я, бросив на друга предупреждающий взгляд. — Закроем тему.

— Молчу, дружище, — Колман покорно склоняет голову, продолжая иронично улыбаться. Я снова переключаюсь на мелькающие за стеклом иллюминатора пейзажи.

 Боинг разгоняется по частной посадочной полосе. В считанные секунды начнется взлет. Я наконец-то возвращаюсь домой, завершив первую стадию переговоров со сравнительно неплохими результатами. Спустя без малого три недели, заполненные чередой напряжённых переговоров и совещаний, компромисс с американской стороной по-прежнему не достигнут, но положительные тенденции к сохранению экономических отношений намечены. Учитывая накалившееся политическое напряжение между королевством и штатами и внутреннюю непростую обстановку, я везу в Анмар, без сомнения, хорошие новости.

Можно перевести дыхание и набраться сил для второго этапа переговоров. Не знаю точно, сколько у меня времени, но надеюсь, что его окажется достаточно, чтобы наладить отношения с Алисой.