Второй — строительная фирма, где якобы трудился Адам, загадочным образом прекратила свою деятельность в тот же год, когда произошел несчастный случай. И все, кто числился в штате, в один голос утверждают, что никогда там не работали.
Удивительно, правда? Но куда большее удивление у меня вызвали фотографии Адама и Анны Граф, прикрепленные к отчету. Я дотошно изучил каждый снимок, пытаясь обнаружить во внешности родителей черты, которые могла бы унаследовать их дочь. И не нашел. Тея не похожа ни на темноволосого кареглазого отца, ни на весьма привлекательную мать — голубоглазую шатенку. Оказывается, голубой цвет имеет множество оттенков, и у Теи он гораздо ярче и насыщенней.
Третий момент — ни в одной из детских поликлиник не обнаружилась медицинская карта Алатеи Граф. А значит нет документальных подтверждений тому, что кратковременные провалы в ее памяти действительно случались. Кто бы не наблюдал девочку, до того, как она попала в «Shadows», к государственной социальной медицине он не имел ни малейшего отношения. Этот факт можно объяснить тем, что ребенок наблюдался у частного врача. Влад проверил и платные клиники — тоже пусто, и я более, чем уверен, что именно Морозов Игорь Сергеевич являлся единственным семейным доктором, как матери, так и дочери, и штамповал диагнозы обеим. Но, как нам уже известно, загадочный врач свел счеты с жизнью и ничего уже не расскажет. Не подкопаешься, сработано идеально.
Четвертый всплывший факт — в заведении, где согласно регистрационным журналам, воспитывалась Анна Свиридова до своего совершеннолетия, ни один педагог не смог вспомнить, а была ли девочка. Ни фотографий с мероприятий, ни характеристик, ни школьного аттестата. В базе данных имелось только имя и возраст. Больше ничего. Заведующую детским домом чуть удар не хватил, когда до нее дошел весь масштаб аферы, причастность к которой она с пеной у рта отрицала. Вероятно, женщина неумышленно оказалась втянутой в преступную махинацию с созданием фейковой личности. А в том, что Анна, Адам Граф и их дочь — жили по поддельным документам лично у меня сомнений нет. Влад взял с заведующей и всех, кого допрашивали его парни, расписку о неразглашении, но в скором будущем они будут ликвидированы. В любой войне сопутствующие жертвы неизбежны, и в отличие от моих врагов, я основательно зачищаю поля своих сражений.
На данном этапе Влад, разумеется, не остановился. Архивы клиники, откуда пропала Анна Граф, подверглись мощнейшей атаке, но стертую историю болезни восстановить так и не удалось. Однако алгоритм взлома и извлечения данных одному из парней показался знакомым, и он с уверенностью заявил, что до них с базой поработал китайский хакер Лонгвей, с которым они неоднократно сталкивались в виртуальном пространстве.
Выходит, у нас есть Китайский след. Это наводит на размышления. Не самые оптимистичные. После того как я организовал убийство Джина Каана, азиатский мир возглавил его кузен Гуанмин Чжоу Шин, и он может подозревать меня в ликвидации двоюродного брата. После гибели Эмили, Каан стал первым, кого я убрал. Он был виновен в том, что случилось с Ми. С него все и началось. Если бы я не вмешался тогда, и она вышла за него, то ее жизнь не была бы намного длиннее. Это не оправдание, а неоспоримый факт. Каан — чертов психопат и садист, обладающий огромной властью и безнаказанно кайфующий от физических страданий женщин.
Но даже ослепленный яростью и жаждой мести, я действовал максимально осторожно и нигде не наследил. Официально Джина Каана зарезала одна из девчонок, с которой он любил выпускать пар. Разбила бутылку вина об его голову и розочкой вспорола сонную артерию сначала ему, а затем себе. Я хорошенько промыл девчонке мозги, подсадив в ее голову конкретную идею, а она сделала всю грязную работу, пожертвовав собственной жизнью. В ее случае смерть — не кара, а избавление. Этот мир стал чище без такого мерзкого паразита, как Каан. А без меня этот мир стал бы в разы безопаснее, но тут без шансов, я не уйду, пока не уничтожу орду своих злопыхателей.
Влиятельного китайца нельзя скидывать со счетов. Чжоу Шин однажды уже встал на сторону Драгона, нарушив наши с ним договоренности, и он знал, что у меня есть мотив желать смерти Каану. Если поразмыслить, то Шин имеет все основания для личной вендетты и точно не желает видеть меня Апексаром, диктующим остальным влиятельным семьям свои условия. А Тея подтверждает, что многократно выступала в Китае. В подобного рода совпадения я не верю.
Пожалуй, Гуанмин Чжоу Шин станет первым, к кому я наведаюсь с частным визитом после того, как официально заявлю о своем возвращении. Если он связан с Драгоном, я это выясню и использую Шина в своих интересах. Правильно рассчитанная дозировка меадона превратит правителя азиатского мира в послушную марионетку, слепо подчиняющуюся моим приказам. При этом его кровь будет чиста от каких-либо примесей, указывающих на чужеродное вмешательство.