- Ванесса, он твой парень значит? – вдруг впервые за несколько недель, Эштон обратился ко мне, и я снова растерялась под взглядом его сверкающих , как две звезды, глаз.

- Да. Оставь его в покое, Эштон. Это мой молодой человек. – просто сказала я, и встав на ноги, решила его подразнить и взяла Джеймса за руку.

- И давно вы вместе? – снова твердо и уверенно спросил Эштон, еле сдерживая свои кулаки. – Один день?

- Несколько недель. – с гордостью ответил Джеймс, сжимая мою ладонь, в своей руке. – Я конечно понимаю, что тебе понравилась моя девушка, приятель, но я бы посоветовал тебе сесть на свое место, пока не стало хуже.

Эштон рассмеялся. Я бы сделала это вместе с ним, но не хотела обидеть Джеймса.

- Она принадлежит мне. – с нажимом сказал Джеймс, обращаясь к Эштону.

В следующую секунду, все произошло слишком быстро: Эштон стремительно схватил Джеймса за воротник его белой футболки, и яростно прохрипел ему прямо в лицо:

- Я видел тебя в баре. Вчера, позавчера и много вечеров, до этого. И если ты ещё хоть пальцем тронешь эту невинную девушку, после того как ты облизывался с этими потаскухами у барной стойки, а потом зажимал их по углам в туалете…я за себя не ручаюсь.

Мои глаза расширялись, я уставилась на их обоих, переваривая все то, что я сейчас услышала. Конечно, я не была влюблена в Джеймса, но узнать, такое, было все, же неприятно. Ведь несколько недель, он каждый день проводил со мной и добивался моего расположения. Мысленно, я уже приготовилась, к тому, что сейчас, будет кровавая драка.

- Ты меня понял, ублюдок? – снова спросил Эштон, слегка потряхивая напуганного всерьез Джеймса.

- Понял. – тихо сказал Джеймс, раздавленный мощью Эштона. Он отпустил его, слегка толкнув на песок и следом, обратился ко мне:

- Я надеюсь ты не наделала с ним глупостей. – он слегка поморщился, будто представил, себе, какую то дурную картину и кажется, догадываюсь какую.

Я была в растерянности. На Джеймса я теперь не могла взглянуть без отвращения. Слишком уж лживыми были его многонедельные ухаживания. Красивые слова, подарки и цветы. Он даже подарил мне колечко от Pandora, которое мне немедленно захотелось снять. Что я и сделала , отвернувшись от всех ребят, прибывая в легком шоке, направилась к линии прибоя.

Эштон не отставал. Я слышала его шаги, которые догоняли меня и у меня внезапно начался приступ Де Жавю.

- Прости, что пришлось сделать это. – сказал он, догнав меня, в том месте, где песок сливался с волнами и посмотрел на меня. Я ответила ему долгим, снисходительным и уверенным взглядом.

- Спасибо. – сухо ответила я, и снова отвернулась от него. – А теперь уходи. Ты же так любишь это делать. Сбегать. Убегать. Ненавидеть меня. Вперед, Эштон. – мой голос срывался, потому что, все мои чувства, которые я пыталась потопить в себе столько дней, с удвоенной силой, пытались выбраться наружу. – Тебя самого, ждет девушка. И знаешь, она мне нравиться. Если бы мы были друзьями, как прежде, я бы одобрила твой выбор. – сказала в добавок я, и Эштон усмехнулся.

- Это моя сестра. Не родная, конечно. Но та, что досталась мне вместе с моей приемной семьей. – наконец сказал он, так, будто произнес мне, то, о чем давно хотел рассказать. Я окоченела от шока: что? Эштона усыновили тогда?

- У тебя была семья…? – еле выговорила я, и проглотила ком в горле, который образовался у меня от нахлынувших воспоминаний.

- Не сказал бы, что у меня появились родители, Несса. Но у меня было много братьев и сестер. И вообще это долгая история. – снова выдохнул он, и я слышала в его голосе то волнение, которого мне так не хватало. Он был абсолютно искренним, сейчас передо мной, он наконец то снял свою маску и готов был мне все рассказать. На каком-то невиданном миру уровне, я всей душой почувствовала, что сейчас он был, тем, моим Эштоном – другом и любимым человеком.

- Правда, в том, что наши истории не смогут стать одной, как бы этого мы не хотели. Поэтому я пропал, после того, что случилось между нами на пляже. И мне больно, при мысли о том, что ты терзала себя и терялась в догадках все это время. Наверное, считала себя униженной, думала, что, все, что произошло, ничего для меня не значит. Но это не так.

- Продолжай. – у меня в горле все пересохло: настолько я была поражена его откровениями. Эштон стоял передо мной в джинсах, и футболке, но такое чувство, что был абсолютно голый. По крайней душевно. Я сделала шаг к нему навстречу, снова всматриваясь в его голубые глаза.

- Я сходил с ума, от каждого твоего прикосновения, испытал такие чувства, которые, ни с кем и никогда не испытывал. – сказал Эштон, хотел снова продолжить свое признание, но тут же осекся: