Открываю дверь на втором этаже, которая ведет в спальню Гидеона. Этот олух, естественно забыл ее закрыть, набравшись на вчерашней тусовке.

      Поморщив нос, оглядел комнату в серо-зеленых тонах, наполненную светом. Никогда не понимал такого освещения – на мой взгляд, комната должна быть домом, темной берлогой, в которой можно побыть наедине с собой. Хотя разумеется, это из детских привычек, когда приходилось закрываться в чулане.

      Гидеон спал на спине, подложив руки себе под голову. Справа лежала девушка, но почему-то спала она на самом краю кровати и отвернувшись от него, как будто Дон спихнул ее туда, перед сном.

      Наслаждаешься, ублюдок?

      Я правда хотел быть спокойным. Хотел обсудить с ним все нормально, по-человечески, но кровь внутри закипала так, что обжигала изнутри. Настолько, что хотелось задушить его прямо во сне.

      За эти мучения в больнице, за то, что отравлял меня, за тот кошмар, через который я прошел.

      Но я больше не хотел быть зверем. И понимал, что вся моя неконтролируемая ненависть лишь в моей голове и я могу с этим бороться.

      Я не такой, как мой отец.

      - Дончик. – Двумя пальцами я надавил на его ключицы, от чего его глаза тут же распахнулись. Зрачки у Гидеона были огромными, как после хорошенькой дозы, так что, я вообще сомневаюсь, что он спал. – Ну что, как у тебя дела?

      - Коул…какого черта, ты здесь делаешь? Ты…что ты хочешь со мной сделать?

      - Врезал бы тебе хорошенько. Но лежачего не бьют. – Я посмотрел на него, как на жука, которого не жалко смахнуть с лобового стекла. Как на самую ничтожную мошку. Гидеон будто уменьшился в размерах – настолько он съежился от страха и мысли о том, что сейчас ему не поздоровиться.

      - Прости. Прости. Я сделаю, что угодно, только не…

      Я рассмеялся. Искренне, живо…и это впервые за долгое время.

      - Этот страх в твоих глазах, уже для меня награда. Думал, я проведу там годы? Ты – сука, Дон. Такой же, как и я. И ты мне даже нравился…только вот тебе надо вырасти, и понять, в чем отличие шестерки от короля.

      - И в ч-чем же? – Заикаясь, спросил он, когда я с силой надавил на его грудь снова. Так я заменял себе удары по его телу, которые хотелось совершить.

      - Короли управляют и у них всегда есть свое мнение, свой путь и своя дорога. А шестерки – лицемерят, подлизываются и строят заговоры против королей. Знаешь, а ведь ты мог бы пересмотреть «Игру Престолов» на досуге, а?

      Я просто над ним издевался. Не мог же я уйти молча, не попрощавшись с ним, и не показав, что у меня все хорошо.

      - А еще они никогда не спят со шлюхами в одной постели. – Я покосился в сторону девушки.

      - Ну ты же спал с этой шлюхой Ребеккой. – Вдруг выплюнул он, видимо не совсем понимая, что творит.

      Моя реакция была мгновенной – пальцы сжались на его глотке, а еще больше я желал нащупать у него сонную артерию…дыхание сперло, от того, что он посмел так отозваться о ней.

      - Забирай свои бля*ские слова обратно, мразь ты сраная. – Сквозь сжатые зубы произнес я, вглядываясь в его пустые глазенки. Хотя несомненно красивые и сладенькие. Такие нравятся всем девочкам.

      - З-з-забираю. Забираю. – Тут же пробормотал он, пытаясь вдохнуть. Я ослабил хватку, не желая себе лишних проблем.

      - Не смей, даже имя ее произносить. Смотреть на нее, даже издалека…дрочить на нее, и думать о ней. Делай, что хочешь с этим местом, оно полностью твое. Я даже не буду тебя избивать, ублюдка, хотя стоило бы. Я понимаю, почему ты так поступил со мной – я дал тебе повод, а ты решил показать свои яица. Не вышло, но попытка была…

      Гидеон сжал губы, и сморщился, приготавливаясь к чему-то ужасному. Но я отпустил его – вот так просто и встав с кровати отошел на пару метров, провожая взглядом.

      - До свидания. Может, ты не повторишь моих ошибок и будешь нормальным Президентом. В конце концов, если бы ты не глазел на мою девушку, мы возможно бы, подружились…да? – Я усмехнулся и развернувшись, пошел к выходу из комнаты, намереваясь посетить свою.

      Свой террариум, где по мне скучали мои друзья. Я перевезу их в другое место.

      В дом бабушки и дедушки – милое здание в викторианском стиле, оно как раз подойдет мне в случае, если я останусь в ЭлЭй.

      Но останусь ли я здесь? Это будет зависеть только от Ребекки и от письма, которое мне еще предстоит ей написать.

      Я не могу допускать ошибок, если хочу вернуть ее. И попросить прощения, за боль, которую я ей причинил. И поблагодарить за любовь, которую она, несмотря на это, испытывала.