– Макколэй также упомянул о том, что ты знаешь, к чему приведет нарушение его правил, – напоминает Эпси, имея в виду здоровье моей матери.

– Знаю, – я сдаюсь, слегка опуская плечи. На самом деле, нет сил возмущаться и сопротивляться, просто потому что я очень хочу увидеть маму.

Спустя два часа, когда я решила свою «проблему», помылась, и оделась в брендовые тряпки, предоставленные Эпсилон, я сижу на заднем сиденье последней модели Audi, салон которой напоминает мне отрывки из фильмов о будущем.

Вот оно, будущее, уже наступило и давно. Но не для низших каст. Как вспомню эти жуткие тарахтящие автобусы в Квинсе, так в дрожь бросает.

У меня создается впечатление, что я сижу не в салоне автомобиля, а нахожусь на борту космического корабля. Даже кресло подстраивается под мою фигуру и осанку. Машина едет настолько бесшумно, что мне приходится прокашляться, чтобы убедится, что я не оглохла.

– Эта новая модель, – поясняет Роберт, поймав мой восхищенный салоном взгляд. – Надежный корпус-капсула защитит вас от любого столкновения, правда оно маловероятно. Искусственный интеллект данного уровня не допускает ошибок. Главное особенность новинки – новое, сверх экологическое топливо. Прямиком с Марса, – усмехнувшись, добавляет мужчина, который вызывает во мне пока исключительно приятные эмоции. У него добрый взгляд, и легкая полнота его совсем не портит.

– Искусственный интеллект? – вырывается с сарказмом. – Как можно доверить свою жизнь – машине?

– Ну, вы же доверяете свою жизнь этому, – приподнимая бровь, возражает Роберт, поднося два пальца к виску. Наверное, он имеет в виду мозг. – Кто вам сказал, что здесь не машина? Искусственный интеллект не знает о том, что он кем-то создан, – смеется водитель, нажимая сразу несколько голографичных кнопок на панели. – Не берите в голову. Хотел, чтобы вы улыбнулись, – заканчивает свою «шутку» он, и я расплываюсь в улыбке, да только на самом деле, чувствую себя загруженной.

Нервно заламываю пальцы, радуясь тому, что Эпсилон выбрала для меня одежду, в которой мне комфортно – простая футболка, синие джинсы и кроссовки. Только я бы никогда не смогла позволить себе купить вещи такого качества. Расстроило то, что Эпсилон добавила: «За твой гардероб теперь тоже отвечаю я». Я так и не поняла, кто эта девушка и кем она является Маку. Даже думать не хочется, сколько у него таких кукол, как я, и какие функции они выполняют в его нелепом шоу «Экспериментатор».

Во что превратилась моя жизнь за считанные дни? Знаете… она стала почти прежней. Такой, когда Руфус заботился обо мне. Разница лишь в том, что тогда я была всем довольна и радовалась любому вниманию опекуна и даже крошечному подарку. Почему же сейчас все иначе? Почему внутри идет непрекращаемая война и бушует протест, и в то же время… я, наконец, не ощущаю себя брошенной?

Я впервые за долгое время чувствую, что мне некуда спешить.

Что с моих плеч сняли необъятный груз, который я так долго тащила только на себе.

Побочный эффект этих «плюсов» один: меня планируют периодически связывать, и не только…

Даже звучит бредово.

Я не могу перестать чувствовать себя вещью. Куклой. Чем-то, что должно безоговорочно подчиняться системе… опять этой проклятой системе. Только теперь во главе моего мира стоит не Правительство, сравнявшее меня с пылью, а он – человек, в чью голову залезть невозможно. Меня не просто бесит сложившаяся ситуация, меня мучает и еще кое-что…

Меня распирает от любопытства.

До сих пор мучают вопросы. Зачем, почему я, что за «Энигма», чем он занимается, какие преследует цели… не знаю, откуда во мне такая любовь к загадкам, наверное, приобрела, пока разгадывала квесты Руфуса.

Но факт остается фактом: мне хочется узнать ответы, и даже больше – мне хочется разгадать их самой. Это как отгадать логическую загадку, которую никто из твоих знакомых даже не понял. Или собрать кубик рубика без инструкции и помощи? Забавные сравнения приходят мне в голову…

Опускаю взгляд вниз, где на коленях лежит еще один подарок от Макколэя – увесистый блокнот в кожаном переплете кремового цвета с замысловатой серебряной застежкой. Замок представляет собой круглое углубление с внедренным в него крошечным лабиринтом, но он не закрывается. Провожу рукой, ощущая чешуйчатую текстуру блокнота кончиками пальцев. Наощупь, словно кожа рептилии… надеюсь, искусственная.

Про себя я отметила у Мака странную страсть к рептилиям, которой раньше не замечала. Но, пройдясь по резиденции Карлайлов, спустя пять лет, я то и дело замечала новые детали, указывающие на то, что Карлайлу нравятся изображения змей, ящеров, драконов и динозавров на картинах, вазах и даже напольной плитке.