– Не самое страшное, что может случиться.

– Нет…

– Аллергические реакции бьют не только по коже, но и по сосудам и легким. Замечала проблемы с дыханием после каждого приступа?

– Да…

– Вот именно. Кислородной маски у меня нет. Так что если не хочешь потерять сознание от удушья, то, пожалуйста, ляг в кровать. Твои легкие сейчас страдают не меньше, чем ладони.

Не дожидаясь согласия, Вильям поднял меня на руки и отнес в кровать. Потом дал новые салфетки и уложил мои ладони на валик из полотенца. Мне и в самом деле стоило прилечь. Но что-то очень-очень неправильное было в том, чтобы лежать в его постели.

– Ты же представляешь, что будет, если Айви увидит меня здесь? – пробормотала я. – Да еще и после того, как ты бросил ее на парковке и уехал со мной… Армагеддон… Вильям, мне стоит уйти…

Я перевернулась на спину и увидела его, стоящего у окна и перебирающего лекарства в пластиковом боксе. Смотрите, как оно бывает: не так давно я лечила его.

– Айви не придет сюда, пока я сам не найду ее и не объясню все. Она жутко гордая. Так что оставайся.

Он протянул таблетку обезболивающего и поднес к моим губам стакан воды. Кровь капала из сжатых кулаков на полотенце и тут же впитывалась. От боли кружилась голова.

– Ты уверен?

– Абсолютно.

Я прикрыла глаза и, сама того не заметив, провалилась в сон.

Меня разбудили тихие голоса Бекки и Вильяма. И я разбирала, о чем они говорят. Бекки спрашивала, что произошло. Вильям пересказывал историю моего появления, опуская кое-какие подробности, например, как он раздел меня до трусов…

– Айви там с ума сходит, – сказала Бекки. – Боюсь, тебе придется очень много всего объяснить ей.

– Расскажу как есть.

– Вильям, если она узнает секрет Лори, то его узнают все. Айви не станет держать язык за зубами.

– Я не стану врать ей, – возразил он.

– А придется! Секрет Лори остается ее секретом. И прежде, чем делиться им с кем-то, ты должен спросить Лори, хочет ли она, чтобы об этом знал кто-то еще…

– Хорошо! Я не скажу Айви! Что-нибудь придумаю… – раздраженно сказал Вильям и, резко меняя тему, добавил: – Я говорил сегодня с родителями… и они наконец-то соизволили объяснить мне кое-что. Они привозили меня к Макбрайдам восемь лет назад, чтобы познакомить с Долорес. У нас с ней не просто одна и та же болезнь – мы еще и совместимы…

– Я надеюсь, это наталкивает тебя на… кое-какие мысли? – многозначительно спросила Бекки.

Теперь я окончательно проснулась, приподнялась на локтях и перестала дышать в ожидании ответа. Этот ответ решит все.

– Я знаю, на что ты намекаешь, – сказал Вильям. – Но на самом деле я думаю только о том, что Айви с ума сойдет, если узнает, что я и Долорес не оставляем ожогов друг на друге…

– Ничего, переживет, – холодно сказала Бекки. – И, уверена, тут же найдет замену.

– Бекки, я не собираюсь вышвыривать свою девушку только потому, что нашел более… удобный вариант! С Айви, конечно, сложно, но мне нравятся эти сложности. Она непредсказуема, она бесстрашна, ее не оттолкнуло ни одно из моих требований вроде отказа от поцелуев в губы или обливания кипятком после каждого секса. Я люблю ее. А Долорес… Ей нужно просто помочь немного адаптироваться. Я могу научить ее жить… почти нормально. Она сможет не носить перчатки, сможет заниматься любовью с кем захочет, сможет перестать бояться и шарахаться от других людей… Я помогу ей.

Я закрыла глаза и попыталась успокоить дыхание.

В этом доме слишком тонкие стены.

Зато у моего сердца слишком толстые стенки. Ты раз за разом разбиваешь его, Вильям Веланд, а оно выдерживает это снова и снова…

Я уткнулась лицом в подушку Вильяма, вдохнула едва уловимый аромат его одеколона. Должно быть, это удивительное чувство – принадлежать кому-то. Спать в его постели. Делить с этим человеком свое тело и мысли…

Потом я выползла из кровати и вышла в гостиную. Бекки сидела на диване, укрывшись пледом. Вильям устроился в кресле с ноутом.

– Э-эй, – проворковала Бекки. – Как ты?

– Более-менее, – кивнула я. – Но очень болят ладони…

– Я найду тебе обезболивающее. – Вильям встал и отправился на кухню. – И перевязать не мешало бы.

Я села рядом с Бекки, избегая смотреть ей в глаза. Мне казалось, что она сможет прочитать мои мысли. Все мои мятежные, страшные мысли.

– Это, кажется, твое. – Она протянула мой телефон. – Ой, прости, ты же не сможешь его взять… Я положу вот здесь, и ты заберешь его, когда Вильям перевяжет тебе руки.

– Спасибо, – кивнула я, боясь даже спрашивать о том, как именно Бекки забрала у Айви и ее своры мой телефон. И что они ей сказали… Наверняка кучу гадостей обо мне…

– Как поспала?

– Прекрасно. Я еще никогда не спала в постели парня, так что… Впечатлений выше крыши, – хмуро пошутила я. – Теперь ты знаешь, да?