Но более того, я чертовски надеялся, что он найдет способ держать ее под контролем. Теперь, когда Джианна стала его женой, обстановка в Нью-Йорке станет напряженной. Я мог только представить, что скажут мои дяди, тети и остальная гребаная семья на его решение, и еще хуже на мое решение. В конце концов, я позволил ему жениться на разоренной женщине.

Он практически трахал Джианну глазами. Он не переставал ухмыляться с тех пор, как мы сели в самолет в Чикаго после свадьбы, и не переставал делать это и сейчас, когда мы прибыли в Нью-Йорк. Конечно, Ария тоже заметила, и напряжение волнами исходило от нее, когда мы вошли в лифт нашего дома. Она волновалась за сестру, всегда волновалась. Я потянул ее за руку, чтобы отвлечь ее внимание от брата и сестры, но она, казалось, не заметила.

Лифт с грохотом остановился, и гладкие двери скользнули в сторону. Маттео буквально втащил Джианну в свою квартиру. Я очень надеялся, что он справится со своим гневом, потому что именно мне придется разбираться с беспорядком и моей обеспокоенной женой.

Ария сделала шаг вперед, словно собираясь последовать за ними. Я схватил ее за запястье и притянул к себе.

— Что ты делаешь? — пробормотал я, когда двери лифта закрылись перед нами. Ария подняла голову, ее лицо побледнело от беспокойства.

— Похоже, он жаждет крови. Не думаю, что он примет отказ.

Лифт снова пришел в движение.

— Конечно, нет, Ария. После того, что сделала твоя сестра, она может радоваться, что он ее не убил. Он должен был заполучить ее в первую брачную ночь, а она сбежала и отдала другим мужчинам то, что принадлежит ему.

То, что он все еще хотел ее, было чертовски типично для Маттео.

Ария вздрогнула.

— Она не сделала ничего ужасного. Она пыталась жить своей жизнью. Больше ничего. Это не дает ни ему, ни кому-либо другому права обращаться с ней, как со шлюхой, — твердо сказала она.

Иногда я забывал, какой хорошей и невинной была Ария. Это возбуждало меня, как ничто другое. Лифт остановился на нашем этаже, и я повел ее в наш пентхаус, очень стараясь отвлечь ее от беспокойства.

— Ты же знаешь, каким вспыльчивым может быть Маттео.

— Я...

Я поднял ее на руки и прижался губами к ее открытому рту, не давая сказать больше. Она ахнула от удивления, затем отстранилась, нахмурившись.

— Лука! — возмущенно воскликнула она. — Я говорю серьезно. — я понёс ее наверх, в нашу спальню.

— Я знаю, — пробормотал я, опуская ее на кровать. Я навис над ней, и она покачала головой.

— Ты невыносим, — сказала она, ее дыхание участилось, когда я провел руками по ее стройным ногам, затем зацепил пальцами ее трусики и стянул их вниз.

— Мне не нравится, когда ты не воспринимаешь меня всерьез, — тихо сказала она, когда я приподнял ее юбку и раздвинул ее ноги, обнажая ее идеальную киску.

Она была возбуждена, но ее голос напрягся так, что я вскарабкался и растянулся рядом с ней, целуя ее медленно, прежде чем я сказал.

— Я воспринимаю тебя всерьез, Ария. Я не могу говорить Маттео, что делать. Я его Капо, да, но Джианна его жена, и я не могу вмешиваться. Это одно из правил, которым я обязан следовать, и ты это знаешь.

Ее голубые глаза наполнились пониманием.

— Перестань думать об этом. Твоя сестра может постоять за себя.

Я не был уверен, что это правда. Если Маттео действительно сходит с ума по ней, ничего хорошего из этого не выйдет. Из того, что я знал, его вкусы не склонялись к грубой стороне вещей в сексуальном плане, но, движимые ревностью и яростью, каким он был, все могло выйти из-под контроля.

Я провел рукой по ее боку и скользнул под рубашку, мои пальцы коснулись ее живота, а затем я поцеловал ее снова, и на этот раз она открылась, ее язык встретился с моим. Я вытащил ее из юбки, чтобы иметь полный доступ к ней, и провел рукой между ее ног. Мои пальцы нашли ее клитор и опустились ниже. Ария все еще волновалась. Она была не так готова, как обычно, но я знал, как это изменить. Я просунул в нее один палец, ее стенки плотно сжались вокруг меня, и мой большой палец прижался к ее клитору. Установив медленный ритм, я усилил наш поцелуй, пробуя на вкус ее идеальный рот, и она раздвинула ноги шире для меня, тихий стон вырвался из ее горла. Ее лицо вспыхнуло от возбуждения, глаза полуприкрылись, и мой палец с большей легкостью вышел из ее скользкого канала.

Я добавил второй палец, и она поцеловала меня еще сильнее, ее бедра двигались в такт с моими пальцами. Я отстранился от ее жадного рта.

— Мне нравится трогать тебя. Так жарко, тесно и влажно. — я поцеловал ее. — Тебе нравятся мои пальцы в тебе?

Я вонзил пальцы глубже, сжимая их, чтобы дотянуться до этого места.

Ария вздрогнула и застонала.

— Да, — выдохнула она, когда я повторил движение. Мой член был так чертовски тверд, наблюдая за ней. — Я хочу, чтобы ты вошел в меня, Лука.