Выражение его лица стало жестким, не таким жестоким, как у Римо, и не таким холодным, как у Нино, но достаточно, чтобы по моей спине пробежала дрожь. Он больше не был похож на подростка. Он выглядел мужчиной. Он удивил меня, когда подошел ближе. Я с любопытством посмотрела на него.

— Я должен защищать тебя. Я не собираюсь быть тем, кто получит от Нино, потому что что-то случилось с тобой.

Я сомневалась, что Нино это будет волновать. Может быть, он будет недоволен, потому что его собственность была повреждена или, может быть, даже беспокоится, что это поставит под угрозу перемирие с семьей.

— Я думала, в Лас-Вегасе безопасно.

— Да, — ответил Савио, оглядывая тротуар и улицу. Несколько прохожих выглядели как туристы, хотя мы и не были рядом с туристическим местом. — Но поскольку отряд напал, мы стали более осторожны.

Это имело смысл. Нападению на собственной территории должно быть тяжелым ударом.

Савио сделал мне знак следовать за ним к кафе, и я попыталась держаться поближе к нему. Он не заставлял меня так нервничать, как Римо, и это было облегчением. Он придержал для меня дверь, и я вошла. Бариста за стойкой улыбнулся мне, но улыбка исчезла, как только вошел Савио.

Он направился к стойке. После того, как мы заказали кофе и несколько пончиков, мы перешли к ожиданию нашего заказа. У бариста так тряслись руки, что она все время проливала молоко. Она то и дело поглядывала на Савио, а иногда и на меня. Я не могла не чувствовать себя плохо.

— Неужели все здесь так боятся тебя и твоих братьев? — спросила я, когда мы возвращались к машине. Я сделала глоток кофе, наблюдая за Савио.

— Не все, нет. Ее брат должен нам денег. Недавно его посетил Фабиано. Вот почему она такая.

Как только я пристегнулась, Савио отъехал от тротуара. Он неуклюже вел машину, зажав чашку между ног, потому что подставки не было.

Я сделала глоток и подняла коробку с пончиками.

— Есть в машине запрещено?

— Нет. Дай мне один с лимонной глазурью. Уборщики потом избавятся от крошек.

Я протянула ему пончик и взяла себе простой. Я откусила кусочек, и мы погрузились в молчание. Я снова взглянула на него.

— Что? — пробормотал он.

— Ты изменился, когда мы были снаружи.

Савио сузил глаза на меня.

— Нам, Фальконе, нужно вывести наружу определенное изображение. Даже Адамо это знает. Ты тоже должна это помнить.

— Я? — удивленно спросила я.

— Ты теперь Фальконе, не так ли?

Я кивнула.

— Да. Ты прав.

Фальконе. Потребовалось бы много времени, чтобы смириться с тем фактом, что я была частью самой печально известной семьи в США.

Савио припарковался.

— Мне нужно уладить кое-какие дела, но ты должна пойти со мной.

Я быстро допила кофе и последовала за Савио. Мы стояли перед итальянским рестораном под названием Капри.

— Как я уже сказал, этот ресторан принадлежит одному из наших солдат. Его сын друг, а также солдат.

На этот раз, когда мы вошли в мрачный ресторан, реакция была совсем другой. Ни страха, ни дрожащих рук. Ресторан еще не открылся. Два парня примерно одного возраста с Савио и двое мужчин постарше сидели за столом и о чем-то спорили. Как только мы вошли, все посмотрели в нашу сторону. Они кивнули Савио, но их глаза были прикованы ко мне. Чувствуя себя неловко под их пристальным взглядом, я с трудом подавила желание опустить глаза, вспомнив слова Савио.

Он подошел к мужчинам, а я последовала за ним на пару шагов, не уверенная, должна ли я оставаться рядом с ним, когда ему скоро придется обсуждать дела. Ребята помоложе встали. Оба обняли Савио и похлопали его по плечу. Потом высокий, грузный негромко присвистнул.

— Хороший улов, Савио. Новая девушка на неделю?

Савио взглянул на меня, и я почувствовала, как горят мои щеки. Когда он повернулся к мужчинам, его улыбка поредела.

— Она жена Нино.

Последовало неловкое молчание, и грузный парень покраснел, что, казалось, позабавило Савио, если судить по подергиванию его рта. Один из мужчин вскочил на ноги и ударил подростка по затылку.

— А теперь извинись, Диего!

— Я не хотел проявить неуважение, — пробормотал Диего.

— Хорошо, что Нино здесь нет, — пожал плечами Савио. — Он собственнический ублюдок.

Был ли Нино таким? Или это была та часть внешнего вида, которую хотели представить Фальконе. Я не была уверена. Я не знала Нино.

— Почему бы тебе не присоединиться к нам? Я уверен, что наш повар может приготовить для вас быструю еду? — сказал старик. У них с Диего были такие же резкие черты лица, как у отца и сына.