Я прошел мимо нее в спальню и направился в душ. Я вылез из одежды. Они были покрыты пылью и кровью Сото. Мне придется сжечь их завтра. Не то чтобы это имело значение. Я шагнул в душ. Леона стояла в дверях, наблюдая за мной. Я не сводил с нее глаз, пока горячая вода лилась на меня. Мне нравилось видеть ее в моей рубашке. Я бы предпочел ее голой.

Сегодня все изменилось. Я сделал выбор и выбрал Леону. Поставив ее выше Каморры, и Римо. То, что произошло в подвале, Римо мог не заметить, но сегодня я убил одного из его людей, чтобы защитить женщину.

Нет. Этого он никогда не простит и не поймет. Он не умеет прощать. На его месте я бы себе этого не простил.

Я выключил воду. Леона взяла полотенце и протянула мне. Ее взгляд скользнул вниз по моему телу, затем вернулся к лицу. Я хотел ее. Я хотел, мне нужен был какой-то маленький знак, что я сделал правильный выбор. Черт.

Я неохотно вытерся и бросил полотенце на пол. Леона не шелохнулась, когда я приблизился к ней, сжал ее бедра и наклонился к ее губам для крепкого поцелуя. Мои пальцы на ее талии напряглись, когда она поцеловала меня.

Я повел ее назад, из ванной к своей кровати. Она не сопротивлялась. Ее ноги ударились о спинку кровати, и она упала навзничь.

Моя рубашка задрала ее бедра, показывая, что на ней не было трусиков. Я резко выдохнул. Мой член уже был твердым. Я хотел, наконец, быть в ней. Должно быть, она тоже это видела, но в ее глазах была только нужда, а не страх. Я забрался на кровать и двинулся между ее ног, затем раздвинул их и опустил свое тело поверх ее.

Она напряженно вздохнула, но не оттолкнула меня и не запротестовала. Я снова поцеловал ее, пробуя языком ее рот. Мой член прижался к ее бедру. Небольшое движение моих бедер, и я буду похоронен в ее плотном жаре.

Она подняла руку, ту, что с браслетом, и провела ею по моим мокрым волосам, с которых капала вода на наши лица.

Я отодвинулся на пару дюймов.

— Почему ты не заложила его на ставку?

Она проследила за моим взглядом.

— Я не могла этого сделать. Потому что ты дал мне.

Черт. Выражение ее глаз.

— Я думал, ты меня ненавидишь. Вот что ты сказала.

— Я пыталась. Но ... — она замолчала. — Ты снова спас меня. Ты единственный, кто заботится обо мне настолько, чтобы рисковать ради меня. Это жалко, но есть только ты.

Я не мог ответить на ее эмоциональные слова. Ничего, что могло бы воздать им должное.

— Я хочу тебя, — прошептал я ей на ухо и добавил еще тише. — Я нуждаюсь в тебе.

Она посмотрела мне в глаза. Она не могла перестать искать что-то, даже после всего, что случилось.

Она слегка приподняла бедра, заставляя кончик моего члена скользить по ее гладким складкам. Я прошипел в ответ на молчаливое приглашение. Это было слишком соблазнительно. Взять ее прямо сейчас, больше не ждать. Но она стоила ожидания.

Я присел на корточки и расстегнул ее рубашку, затем помог ей стянуть ее, позволив своим глазам рассмотреть ее безупречную кожу. Я устал и все еще злился. Мой контроль был на пределе, но я заставил себя опустить рот к ее киске. Удивление промелькнуло на ее лице, а затем ее губы приоткрылись в мягком стоне, когда я погрузил язык между ее складок. После нескольких поглаживаний по ее разгоряченной плоти, я сомкнул губы вокруг клитора. Я был слишком нетерпелив для медленного приближения.

Она наградила меня вздохом и раздвинула ноги еще шире. Мой рот на ее комке нервов быстро заставил ее задыхаться и скользить от возбуждения.

Я вошёл в нее пальцем, чертовски любя, как ее стенки сжимались вокруг меня. Я не мог дождаться, когда они сделают это с моим членом.

Она дернула бедрами, вскрикнув, и я вставил в нее второй палец. Она вздрогнула, когда я провел ее через оргазм медленными движениями пальцев и языка. Но моя собственная нужда была слишком срочной. Мой член был близок к взрыву.

Я выпрямился и потянулся к ящику. Я взял презерватив, прежде чем надеть его на свой член. Леона смотрела на меня со смесью трепета и предвкушения.

Я вытянулся над ней и направил свой член к ее входу. На мгновение я подумал, не сказать ли ей что-нибудь, слова, которые она хотела услышать, слова любви, нежные слова, но не смог. Меня переполняло тьма и отчаяние, потому что я знал, что это единственная ночь, которая у нас будет. Я чувствовал это глубоко внутри.

Я выдержал ее взгляд и двинулся вперед. Мой кончик скользнул внутрь, крепко зажатый ее жаром. Она напряглась, дыхание замерло в горле. Ее глаза были мягкими, и чертовски эмоциональными. Я не мог сдержаться. Я не хотел. Я завладел ее ртом, сверля взглядом, и полностью завладел ею. Ее сопротивление ослабло под давлением, и она задохнулась у моих губ, тело напряглось подо мной.