— Ты можешь, — сказала я. — Клянусь, я больше никогда ничего от тебя не утаю. Но я продолжу общение с Финой. Не хочу потерять ее полностью.

— Ты можешь общаться, но никаких встреч. Это слишком опасно. Твоя сестра больше не на нашей стороне.

— Знаю. Она на стороне своего мужа, а я на своей.

Данило крепко поцеловал меня, и его руки обвились вокруг меня в собственническом захвате. Его прежний гнев и беспокойство влились в поцелуй, сделав его более жестким и страстным. Я вцепилась в его пиджак, стоя на цыпочках для опоры. Данило прижал меня к себе всем телом, его рука сминала мою ягодицу, а пальцы время от времени скользили ниже, задевая мою киску. Его эрекция впилась мне в низ живота, когда он повел меня назад.

Мои икры ударились о кровать, но Данило не дал мне упасть. Он держал меня, заставляя отдаться поцелую. Я прижалась задницей к его ладони, желая почувствовать его там, где он был мне нужен, но он отказывался двигаться.

Его поцелуй пылал гневной страстью, зажигая мое тело в огне. Его пальцы разорвали пуговицы на моих джинсах, затем он спустил их вместе с моими трусиками, оставив мою нижнюю половину обнаженной и жаждущей его внимания. Я прижалась к нему, закинув одну ногу ему на бедро и почти неистово прижимаясь. Данило оторвался от поцелуя, его глаза впились в меня. Я не была уверена, что он все еще сердится и пытается наказать меня. Мне было все равно, я просто хотела, чтобы он продолжал двигаться. Он схватил меня за край кофты и стянул через голову. Раздался треск, но ни он, ни я не замедлили шаг. Пока он возился с застежкой моего лифчика, я потянулась к его молнии и дернула ее вниз. Запустив руку внутрь, я обнаружила его горячим и твердым. Его ответ на мое прикосновение был почти рычанием. Он притянул меня к своей груди для еще одного резкого поцелуя, прежде чем развернул. Его член впился в мою задницу, когда он наклонился, чтобы резко прошептать мне на ухо.

— Встань коленями на кровать. Немедленно, София.

Я вздрогнула, желание собралось в моем животе от его повелительного тона. Я забралась на кровать и опустилась на ладони. Данило погладил меня по заднице, прежде чем медленно двинулся вверх по позвоночнику. Он задержался у моей шеи, затем мягко толкнул.

— Спустись. Хочу получить лучший вид на твою киску.

Закусив губу, подавляя нетерпеливый стон, я приподнялась на локтях, но Данило продолжал толкать меня, пока мои руки не оказались вытянуты над головой, а лоб прижат к подушке. Моя задница выпятилась, и прохладный воздух ударил в мой промокший центр.

— Идеально, — тихо сказал Данило, потирая мои ягодицы. — У тебя такая красивая киска, София. Я мог бы смотреть на неё вечно.

Я хотела, чтобы он сделал больше, чем просто смотрел. Мне нужно было больше. Я пошевелила задницей в приглашении. Данило хихикнул, а затем напугал меня, укусив за ягодицу.

— Сегодня ты уже однажды ослушалась меня. Не заставляй меня снова становиться сердитым.

Если бы он перестал быть таким чертовски сексуальным, когда сердится, было бы легче. Я наклонила голову, чтобы посмотреть вниз и увидеть Данило позади себя. Его брюки упали на пол, и в поле зрения появились мускулистые ноги. Он войдёт в меня сейчас? Мое сердце сжалось при мысли о его члене внутри меня. В прошлом его гнев отпугивал, но теперь заводил.

Я хотела, чтобы его рот оказался на мне, но также жаждала его член. Данило взял меня за задницу и раскрыл ягодицы. Он резко выдохнул и опустился на колени позади меня. Я не могла видеть его лица, но потом его язык оказался между моих ягодиц, сначала слегка дразня, а затем все сильнее. Казалось, он пробудил новые нервные окончания, о существовании которых я и не подозревала. Его язык прошелся по мне почти лениво, и, несмотря на первоначальное удивление, мое тело перевозбудилось. Я попыталась подвинуться ближе к его рту, чтобы получить больше, но его сильные руки держали мои ягодицы, удерживая меня на месте, пока Данило пировал на мне.

Несмотря на то, как хорошо это ощущалось, мне необходимо было трение на клитор. Я хотела кончить. Мои руки были вялыми и тяжелыми, но я начала опускать одну, чтобы коснуться себя.

— Нет, — приказал он.

— Мне нужно прикоснуться к себе.

— Нет, — повторил он, а затем провел языком по моему входу.

Я прикусила губу, чувствуя, как влага стекает по внутренней стороне бедра. Данило отстранился, и в поле зрения появилось его лицо, заросший щетиной мужественный подбородок. Его язык метнулся вперед, и он лизнул след моей похоти, но остановился, прежде чем достиг моей киски.

— Данило, пожалуйста, прикоснись к моему клитору, — прошептала я.