Минимальный шанс.

И все же вторая полоска на моем тесте на беременность издевалась надо мной своей интенсивностью.

Маттео толкнул дверь и обнаружил меня сидящей на краю ванны.

— Почему ты здесь прячешься? — спросил он, входя, затем его взгляд остановился на тесте в моей руке, и он замер. — Джианна?

Я встретилась с ним взглядом.

— Я беременна.

Маттео внимательно посмотрел мне в глаза. Выражение его лица ничего не выдавало, будто он ждал моей реакции.

— Ты несчастлива.

— Конечно, нет, — хрипло прошептала я. — Мы не хотим детей. — я сделала паузу, потому что Маттео на самом деле не выглядел несчастным. — Или ты хочешь?

Маттео пожал плечами.

— Я всегда думал, что нам не нужны дети, чтобы быть счастливыми. Но мне нравится находиться рядом с детьми Луки, так что быть рядом со своими может быть даже лучше.

Я сморщила лицо и покачала головой.

— Этого не будет. С чужими детьми ты можешь делать только забавные вещи, а когда становится тяжело, ты можешь вернуть их обратно, но этот ребенок наша ответственность... Я никогда не хотела этого. И до сих пор не хочу.

Я съежилась от того, как ужасно это прозвучало, но это была правда.

Произнеся это вслух, я почувствовала себя виноватой, но мне нужно было это сказать. Маттео должен знать. Он единственный человек, который мог понять. Верно?

Маттео подошел ко мне и присел на корточки, глядя на меня снизу вверх. Он взял тест и положил его на пол, затем коснулся моей щеки.

— Беременность ранняя, — пробормотал он.

Я знала, о чем он говорит, и без слов. Его карие глаза были так полны понимания и любви, что мое сердце сжалось от благодарности. Сначала я думала, что Маттео не заслуживает меня, потому что он плохой человек, но я часто ощущала, что я единственная, кто не заслуживала его.

Я сглотнула.

— Ты не будешь против?

Маттео криво усмехнулся.

— Джианна, я убийца.

Несмотря на его попытку казаться легкомысленным, я уловила нотку напряжения в его голосе.

Я напряглась.

— Так ты думаешь, что мы убиваем ребенка?

Он нахмурился. Со стоном он поднялся на ноги и потянул меня за собой, крепко обхватив руками.

— Я не это имел в виду, — твердо произнёс он. — Я имел в виду, что могу справиться с чем угодно. Я буду на твоей стороне, что бы ты ни решила.

— Это не только мое решение. Это и твой ребенок тоже.

Что-то промелькнуло в глазах Маттео.

— Да. Но это твоё тело. Тебе придется вынашивать ребенка девять месяцев, придется пережить роды, и ты будешь той, кто будет нужна ребенку больше всего в начале, так что это действительно должен быть твой выбор.

Я была благодарна Маттео за поддержку, но в кои-то веки мне хотелось, чтобы он сказал мне, что делать, забрал бы решение из моих рук, чтобы я не была обременена всей тяжестью ответственности.

— Все возненавидят меня, если я... если я прерву эту беременность. Или возненавидит меня еще больше.

Потому что мой фан-клуб был довольно маленьким, в то время как мои ненавистники были в большинстве среди Наряда и Фамильи. Я знала это, и обычно мне было все безразлично. Попытка угодить всем — проигрышная игра, и я никогда не пыталась, но теперь, я находилась в ужасе от их суждения.

Маттео внимательно посмотрел на меня.

— Наша семья поймет.

— Поймут ли? — спросила я.

Лука и Ария любили своих детей. Они никогда не избавятся от ребенка, как и Лили с Ромеро. Наш мир традиционен. Не то чтобы не было абортов. Если ребенок вне брака, аборты довольно распространены. Но мы с Маттео женаты, и он по-прежнему нуждался в наследнике в глазах своих членов мафии.

— В любом случае, это не их дело. Мы не обязаны им сообщать, — сказал он. — Мы никогда не заботились о мнении других. И не должны начинать сейчас. К черту их всех.

Я кивнула. Возможно, это и к лучшему. Но я знала, что буду опустошена, если Ария и Лили осудят меня за мой выбор. С чужими суждениями я могла бы справиться, но с моими сестрами...

— Я не хочу становиться матерью.

— Хорошо, — тихо сказал Маттео.

Его карие глаза наполнились пониманием, но я не могла не задаться вопросом, скрывал ли он часть своих чувств от меня.