Я закатила глаза, но в то же время мое сердце радостно забилось.

Мама внимательно наблюдала за мной.

— Тебе грустно, потому что ты больше не сможешь увидеть свою семью в Нью-Йорке?

Я пожала плечами, внезапно расчувствовавшись.

— А тебе?

Мама очень хорошо ладила с моими тетями Арией, Лилианой и Джианной, и, учитывая, что у нее больше не было своей семьи, я могла только представить, как это, должно быть, тяжело для нее.

— Я буду скучать по ним, — тихо сказала она, грустно улыбнувшись мне. — Я знаю, тебе было тяжело, когда умерла бабушка, а теперь ты теряешь еще больше близких людей.

Я опустила взгляд на ноги. Папа никогда не любил бабушку из-за ее проблем с наркотиками и того, какой плохой матерью она была для мамы, но в основном я испытывала к ней жалость и с удовольствием проводила с ней время в её хорошие дни.

— Все в порядке. Со мной все будет хорошо. У нас есть Фальконе. Это почти как иметь большую семью.

Мама кивнула, но я видела нерешительность в ее глазах.

— Твой отец воспринимает их как семью, ну, в некотором роде, но я думаю, что у нас с тобой эти грани более размыты. Или ты считаешь Невио кем-то вроде брата?

Мои глаза расширились от тревоги.

— Нет, — ответила я, испытывая отвращение от самой идеи. Мои чувства определенно не были близки к таким.

Мама понимающе улыбнулась, и я покраснела, встав. Мне не хотелось обсуждать Невио ни с мамой, ни с кем-либо еще, кроме Карлотты, если уж на то пошло.

— Влюбляться в парней, которые недосягаемы, — безопасный и хороший способ раскрыть свои эмоции, — сказала мама.

У меня отвисла челюсть, а лицо запылало еще сильнее.

— Мне известно, что я не во вкусе Невио, мама. Спасибо, что поделилась этим.

Мама взяла меня за руку.

— Я не это имела в виду, милая, но у вас с Невио, очевидно, ничего не получится. Думаю, ты и сама это знаешь, верно? Ты милая, заботливая и у тебя огромное сердце, но Невио… — мама замялась. — Давай просто скажем, что мы с твоим папой были бы ужасно обеспокоены, если бы существовала вероятность того, что вы с Невио будете встречаться.

Я вырвала свою руку из ее хватки.

— Как ты и сказала, это просто глупое увлечение. Невио видит во мне маленькую глупую сестренку, не больше, так что не волнуйся.

Я схватила сумку и быстро ушла, пока мама не успела сказать еще что-нибудь, что могло бы меня расстроить.

— Что случилось? У тебя такой вид, будто ты собираешься разрыдаться, — сказал Давиде, как только я подошла к бассейну.

Я сердито посмотрела на него и опустилась на свободный шезлонг. Невио плавал на надувном матрасе, прикрыв глаза солнцезащитными очками, пока Алессио и Массимо играли в водный волейбол.

К счастью, никто из них не обратил внимания ни на комментарий моего брата, ни на меня. Единственным человеком, который, казалось, заметил мое отчаяние, была Грета. Она сидела на стуле под зонтиком слева и читала книгу. Или уже нет. Теперь ее темные глаза были прикованы к моим.

Она натянуто улыбнулась мне, прежде чем снова уткнуться в книгу, но было очевидно, что на самом деле она не читала.

Я поднялась и подошла к ней.

— Ничего, если я посижу здесь? — спросила я, указав на свободный стул напротив нее.

Она положила книгу на стол и кивнула. Ее собака Момо, белый пушистый комочек, свернулась калачиком у нее на коленях. Ее ротвейлера по кличке Медведь рядом не было.

— Где Медведь? — спросила я.

— В последнее время он стал еще больше защищать меня, поэтому я держу его в своей комнате, когда другие в саду.

— Ты имеешь в виду, когда Невио рядом, — добавил Алессио, проходя мимо нас.

— Никто из вас ему не нравится, — мягко, но твердо сказала Грета.

— Я как-то читал, что у доминантных собак возникают проблемы с другими альфами. Он видит в них соперничающих хищников на своей территории, — вставил Давиде.

Я поджала губы, а затем повернулась к Грете.

— Собаки чувствительны к эмоциям. Он, вероятно, чувствует твое беспокойство, — я постаралась сказать это еле слышным шепотом, чтобы любопытные парни не подслушали и эту часть разговора.

Грета погладила Момо по шерстке, в ее темных глазах мелькнула тоска и даже боль. До сих пор я сталкивалась только с безответной любовью, что уже было непросто, но любовь Греты к Амо была возвращена, а затем вырвана у них из-под рук. Я представляла, что это в тысячу раз сложнее, особенно если приходится наблюдать, как любимый человек женится на другой.