Я обнимаю себя, скрывая грудь, внезапно чувствуя себя уязвимой. Его взгляд снисходительный, но оружие меня по-прежнему пугает. Он скрипит зубами, почти извергая огонь. Его пальцы сцеплены вокруг ствола, будто он заставляет себя нажать на курок.

Но не делает этого. Почему? Что его останавливает?

— Если ты не собираешься меня убивать, пожалуйста… отпусти меня.

По комнате прокатывается волна его гортанного смеха.

— А кто сказал, что я тебя не убью?

— Ты бы уже сделал это, если это то, зачем ты здесь!

Он смотри на меня из-под прикрытых глаз.

— Может, я наслаждаюсь моментом.

Я сглатываю. От его ужасающего сообщения по моему телу расползается холод.

— Тогда зачем ты убил его? — спрашиваю я.

— Бизнес.

— Какой к черту бизнес? Кто так убивает людей?

— Мой бизнес. Хватит болтать.

— Нет.

Он ведет бровью.

— Ты думаешь, это игра?

— Нет.

— Ты хочешь умереть?

— Нет.

— Значит, заканчивай с вопросами.

— Я не собираюсь просто сидеть здесь, пока ты тычешь своим пистолетом в мою голову. Если ты думаешь, что я буду сидеть смирно по приказу и ждать, пока меня убьют, ты ошибся.

Он выдыхает и качает головой.

— О, я знаю, какая ты. Ты шлюха, которая удавится за деньги.

Хоть я и не знаю его, его слова снова жалят меня. Он прав, но никто не имеет права называть меня так.

— Я не шлюха.

— Разве? — он подходит ко мне. По моей спине катится пот. Он останавливается передо мной и наклоняется. — Ты только что умоляла меня освободить тебя. Ты предложила трахнуть себя незнакомцу, киллеру, чтобы выбраться отсюда. — На его лице пляшет бесовская улыбка. — Но мне есть о чем беспокоиться, кроме как принимать твое предложение прямо сейчас.

— Ты имеешь в виду, убьешь ты меня или нет?

— Именно.

Улыбка на его лице смертельно прекрасна. Только сейчас я могу четко его рассмотреть. Шрам на его лице вселяет ужас даже в самые дальние уголки души. Он старый. Возможно, ему несколько лет. Кожа вокруг правового глаза поморщилась, формируя огромную «Х» от брови до щеки. Волосы у меня на затылке начинают шевелиться.

Он поднимает руки, и я инстинктивно пячусь назад. Его пальцы впиваются в мой подбородок, и он заставляет меня смотреть на него. Я чувствую запах кожи, что разгоняет мое сердце до двухсот ударов в минуту. Я чувствую, как горит моя кожа в местах, где он прикасается ко мне. Его пальцы нежно двигаются по моей щеке, словно он ласкает меня. Его глаз неотрывно смотрит на меня, будто видит что-то, чего там нет.

Я дергаю головой:

— Не прикасайся ко мне.

Его лицо тут же разрезает усмешка.

— Удивительно. Я, наверное, единственный, кому ты это говоришь.

Мне хочется укусить его за его гребаные пальцы после этих его слов, но я знаю, что от этого мне одной будет хуже. Мне остается лишь молчать и стискивать зубы.

Откашлявшись, он снова отступает, не убирая пистолет от моего лица. Он проверяет время и трет висок. Как будто ждет чего-то. Его взгляд темнеет. Он кажется расстроенным. Мне кажется, время — его фактор, потому что не перестает посматривать на запястье. Он быстро облизывает губы, и после этого я не могу думать о чем-нибудь еще. Если я хочу сбежать, мне лучше сделать это прежде, чем закончится время, которое он так выжидает.

Я медленно встаю с кровати самым чувственным способом, которым только умею, обращая его внимание на то, что на мне только трусики и едва прикрывающий грудь красный топ, в котором я выступала в клубе. Он полностью неподвижен, но я вижу, как он следит за моими движениями. Как я приближаюсь к нему. Как мой взгляд соблазняет его. Как я облизываю губы, когда беру его руку и кладу ее на свою грудь. На его лице нет ни единой эмоции. Ни малейшего интереса.

Пока он не прикрывает глаза, чтоб моргнуть.

Это мой шанс. Мне не придется соблазнять его, чтобы сбежать. Все, что мне нужно, это маленькое отвлечение.

Я мгновенно дергаюсь в сторону и почти хватаюсь за дверь, когда он сгребает в охапку мои руки, отодвигая назад от моей свободы.

— Ооо, нееет, не надо было, — произносит он, таща меня назад к кровати. За моей спиной послышался хлопок двери. Он закрыл ее, а меня бросил на кровать. Я вскрикнула, приземлившись на матрас, мои глаза снова сфокусированы на дуле пистолета, приставленного к моему лбу.

— Попрощайся со своей жалкой жизнью, Джей.

«Есть только одно благо — знание, и только одно зло — невежество».