— Я пытаюсь делать то, что лучше для нас. Для тебя.

— Ты контролируешь меня, — произношу я, хмурясь. — Для меня в этом нет ничего хорошего. Только для тебя есть.

Артур скрипит зубами.

— Я пытаюсь убедиться, что все идет так, как и должно. Это в твоих же интересах. Почему ты не можешь этого увидеть?

Дело не в том, что я не могу. Дело в том, что, что я ненавижу часть про «мои интересы». Я слышала это множество раз прежде, и слова всегда были ложью.

— Прекрати. Просто прекрати.

— Иногда я тебя терпеть не могу, — рычит он. — Ты серьезно заставляешь меня задуматься о том, что лучше бы я не целовал тебя в первую очередь.

Я кривлюсь.

— Ну, если ты так думаешь о нас, почему просто не закончить все это сейчас? Спасись от неприятностей.

— Закрой рот! — кричит он. — Ты не имеешь ни малейшего понятия, как мне было все эти прошедшие годы.

— Можно подумать, мне есть дело! — кричу я. — У меня собственные проблемы.

— Хорошо. Тогда я все сделаю проще. Все кончено, — рычит он, и затем разворачивается. — Я убираюсь отсюда.

Он шагает на улицу, хлопая дверью. Я пытаюсь не обращать внимания на его бушующие вспышки ярости, но иногда он причиняет мне так много боли, что я не могу не ответить. Чувствую, что он начинает ненавидеть меня… и не знаю, что я сделала, чтобы заслужить такое. По крайней мере, от него. Хотя сейчас не стоит останавливать его. Нам обоим нужно время, чтобы остыть.

Но затем, спустя десять минут, дверь снова скрипит, и мне интересно, почему.

— Артур? — зову я.

Ответа не последовало.

Хмурясь, иду к двери и замечаю, что она осталась открыта. На полу снаружи красные капли. Я наклоняюсь вперед, чтобы осмотреть периметр, и вот тогда я замечаю лужу крови на крыльце.

Мои глаза распахиваются, и я кричу.

Спотыкаясь, иду назад в дом, и захлопываю дверь дрожащими руками.

Эта кровь… она принадлежит Артуру? Что происходит? Здесь… он?

Дерьмо, я знала это.

Я сию же минуту тянусь к стойке с зонтами и вытаскиваю винтовку, спрятанную между ними. Мне стоило лучше подготовиться к этому дню, но я не думала, что он настанет так быстро. Я запираю дверь и заряжаю винтовку, быстро поворачиваясь, к удивлению моего нападавшего.

— Покажись, ублюдок, — кричу я. — Я знаю, что это ты.

— Привет, Ванесса… — от его голоса холод достигает самих костей. — Сколько лет, сколько зим.

— Убирайся нахер из моего дома! — кричу я, крутясь на месте.

Голос звучит отовсюду, и я не знаю, где он. Если я двинусь, то, боюсь, он поймает меня.

Все, что я слышу — его порочный, неконтролируемый смех.

— Скучала по мне? Не нужно злиться, я теперь здесь.

— Чего ты хочешь? — кричу я.

— О… ты точно знаешь, чего я хочу, — хмурая строгость в его голосе заставляет меня дрожать. — Я говорил тебе, что приду за тобой. Готова ты или нет, но я здесь, Принцесса.

— Нет! Не подходи ко мне! — кричу я, поворачиваясь к коридору. Могу поклясться, его голос звучит оттуда.

Но там ничего не видно.

Ничего, кроме мерзких отпечатков ботинок на деревянном полу за мной, которые ведут в коридор справа.

Я иду по следу в гостиную, выставив оружие перед собой, готовая выстрелить, если придется.

Но затем след внезапно обрывается.

Мои губы приоткрываются в смятении, и я задаюсь вопросом, какого черта грязь исчезла. Я нигде не могу найти ботинок. А затем я понимаю, что происходит.

Но слишком поздно.

Что-то набрасывают мне на голову, затягивая меня в темноту. Мешок.

Его руки скручивают и скручивают его, пока я не задыхаюсь. Оружие падает на пол. Он душит меня, и неважно, как сильно я царапаю мешок, он не рвется.

Последнее, что я слышу перед тем, как отключиться, это:

— Время игр закончено. Ты не сможешь спрятаться, Принцесса. Теперь ты моя. 

ФЕНИКС

Настоящее

Наконец-то она моя, и я могу ее взять.

Ванесса в моей хватке, и я не собираюсь отпускать ее, даже если она продолжает сопротивляться.

— До сих пор борешься со мной, да? — шепчу я ей на ухо. — Не переживай, мне нравится быть грубым с девушками, а особенно с тобой. Поэтому продолжай бороться, Принцесса… это только даст мне то, что я хочу.

Я сильнее скручиваю мешок у нее на шее, заставляя ее захлебываться собственным вдохом.

— Ты не захочешь узнать, как долго я ждал этого момента… — делаю вдох так громко, как могу, чтобы она услышала, как я втягиваю ее запах. — О, не могу дождаться начала.

Мне не обязательно видеть ее глаза, чтобы узнать, что она слышит меня через мешок. Но мы оба знаем, что она не сбежит из моей хватки. Не в этот раз. Не снова.