Судорога распространилась от груди по всему его телу. Глаза скосились в бок, он заставил руку дотянуться до сердца. Оно не билось.

Кейн раскрыл рот, чтобы позвать на помощь, но не смог даже вздохнуть, а тело лишь дёрнулось в молчаливом протесте.

И ещё больше невыносимой боли, подобно тысячи копий, пронзила его позвоночник в тот момент, как зверь напал на него.

Он боялся шевельнуться и изо всех сил сдерживал этот порыв, стараясь унять мучительное чувство, которое прошло сквозь его плоть.

«Боже, прошу тебя…»

Мир погрузился во тьму.

Слабое свечение просочилось в сознание, и он приоткрыл глаза.

Над ним склонилась женщина.

«Это ангел? Я мёртв?»

— Помоги мне, — прохрипел он. — Пожалуйста.

Золото поглотило белки её глаз, проглядывавшие сквозь длинные коричневые прямые волосы, которые ниспадали на плечи.

«Так прекрасна».

Ее лицо также поглотила тьма.

Кейн вынырнул из воспоминаний и снова оглядел комнату.

«Что это за место? Небеса? Ад? О, Боже. Меня съели заживо? Но кто?»

Он провёл своей окровавленной дрожащей рукой по волосам.

«Нет».

И сжал виски кулаками.

«Оборотни?»

Нет, он в это не верил. Ни за что.

Когда несколько лет назад первые изувеченные трупы были обнаружены в отдалённых районах города, СМИ раструбили, что серийный убийца разгуливает на свободе. На свалке были обнаружены небрежно брошенные тела, и общество решило, что это постарались дикие животные.

Помимо одинаково изуродованных останков, у жертв, казалось, не нашлось ничего общего. Бездомные, проститутки, жители пригорода, возвращавшиеся с работы поздно ночью — точно так же, как и Кейн — от Детройта до Понтиака.

Следователи так и не смогли выделить что-то связующее между убитыми — казалось, каждый из них стал случайной жертвой без видимых мотивов. В большинстве случаев, в новостях не сообщалось ничего, кроме репортажей о найденных костях, которыми, по-видимому, уже поживились животные. Иногда трупы сжигали дотла, а жертв смогли идентифицировать только по отпечаткам зубов.

Ни один серийный убийца не мог находиться одновременно в двух местах, а убийства часто происходили именно так. «Была ли это банда? Возможно. Но зачем?»

Следователи так и не нашли хорошего объяснения — вплоть до расследования убийства семьи Джейн пять лет назад.

Первое убийство в пригороде.

Внезапно оказалось, что всеми предыдущими соображениями можно было просто подтереться.

Судмедэксперты проанализировали ДНК слюны и волос.

«Собачьи».

Как будто стая диких собак вырезала всю семью. Тело матери так и не нашли, но лужи крови, по всей видимости принадлежавшей ей, заливали весь пол на кухне в доме семьи Джейн. Когда в новостях сообщили, что крупные волки перебрались в город, и они охотятся там ночью, общественность восприняла всё в такие штыки, что стала вырезать бродячих собак.

Владельцы оружия стали сначала стрелять, а только потом задавать вопросы.

Кейн посчитал всё это выдумками желтой прессы. Эксперты сошлись в одном: волки не могли так изувечить людей и разгромить внутреннее убранство дома семьи Джейн — и на них ну никак нельзя было повесить другие убийства, поскольку некоторые тела сожгли.

Но какое ещё этому было объяснение?

Некоторые утверждали, что видели зверей, но такие их «появления» были единичны, а свидетели были… слишком уж неблагонадёжными. Огромное количество различных домыслов появилось из ниоткуда. Служба скорой помощи сообщала о нескольких инцидентах, но жертвы укусов либо сбегали из больницы, вопреки врачебным рекомендациям, либо так быстро выздоравливали, что это ставило в тупик медицинский персонал.

Кейн присутствовал на некоторых заседаниях комиссии в больнице, где обсуждались такие случаи.

Люди стали повсеместно обсасывать теорию оборотней, словно зарождался новый тренд сезона. К счастью, большинство из них всё ещё недоверчиво относились к самой идее их существования. Те, кто действительно всерьёз обсуждали эту тему, считались сторонниками теории заговора, и полагали, что с помощью этого генетического оружия правительство намеревалось стереть с лица земли всех маргиналов в городе, а убийством Джейнов просто хотело сбить с толку общественность.

«Ну, бред же».

Тут же в начале лета на большие экраны вышел громкий блокбастер, в главной роли, конечно, оборотни из жёлтой прессы.

«Ликаны».

«Так чем же, чёрт подери, были эти ликаны?»