— У вас есть три минуты, чтобы убраться отсюда.

После секундной паузы толпа пришла в движение, и полуобнаженные тела стекались к двери.

Он продолжил свой путь к подземельям, срывая каждую дверь с петель в поисках Каринны.

Под его кожей пульсировал жар. «Закрыто». Он добрался до последней двери справа и ворвался внутрь.

На кровати лежала окровавленная и избитая женщина. Неподвижная.

В углу сидел, сгорбившись, человек, хныча, весь в крови.

— Я… я зашел слишком далеко. Мне жаль. Я не хотел… она просто хотела… о, боже. О, боже, простите меня.

Ксандр подошёл к кровати, сердце бешено колотилось в груди.

Блондинка, сопровождавшая Йена недавно, лежала мертвой.

Глава 21

Скрип двери возвестил о том, что похитители Каринны были у входа в подвал, где она и бог знает сколько других девушек оказались в ловушке. Тяжелые шаги медленно и лениво спускались вниз по лестнице, эхом разносясь по подвалу. Один человек, судя по четкости каждого шага.

Каринна потёрла шею сзади по рубцу. Сколько раз Ксандр прикасался к нему? Тонкое напоминание, которое она предпочла проигнорировать. Как будто шрама никогда не существовало. И всё же именно Каринна вырвала серебряную застежку из собственного позвоночника.

Из-под корсета она достала фотографию, которую нашла в куртке Ксандра. Улыбка тронула её губы, когда она отогнула половину, которая, как она убедила себя, была оторвана. На нее смотрело улыбающееся лицо доктора Толивера. Её психиатр из приюта Святого Сердца — тот, кто первым осознал то, чего не знали другие, и попытался спасти Литу, убив Каринну с помощью лекарств и разных методов лечения после того, как она убила собственного отца, — первого человека, наложившего руки на Литу.

Она спрятала фотографию обратно в корсет.

Милый Ксандр. Всё, что он когда-либо пытался сделать, это помочь ей вспомнить. Кто мог винить его суровые методы? Он сногсшибателен. Ожоги от сигарет, ножи. Однако он почти заполучил её в ту ночь, когда оставил её одну в темноте. Из всех пыток, которые она перенесла во время похищения, самой страшной была та, где её связали и оставили голую в темноте.

Тем не менее, объект, который был запущен, останется на своём месте, и даже Ксандр знал, что она не собиралась его отключать. Она превратилась в машину мести. Не остановится, пока все ублюдки не умрут от её рук — любой ценой.

Удар по другую сторону двери, будто что-то швырнуло в бетон, дало ей понять, что её похититель уже близко.

«Почти пришло её время».

Можно сказать, что, будучи стриптизершей, она напросилась заточить её в подвале дома, полном маниакальных, садистских монстров.

Она могла бы провести годы, обвиняя себя, как это было, когда её отец и все эти безликие мужчины чуть не убили её в детстве. Белые маски, глядящие на неё сверху вниз, окутаны тьмой с протянутыми руками. Прикосновения. Порезы. Закапывая её невинность в жажде мести.

Месть.

Она могла бы утопить своё страдание в таблетках или глубоких порезах своего тела, как делала большую часть подросткового возраста.

Вместо этого она выбрала другой вид мести. То, что обещал её отец, что она никогда этого не сделает.

Узнай лица за белыми масками. Убей их всех.

Она всегда была умна.

Карина была.

Лолита, с другой стороны, не слишком любила книги. Она предпочитала беззаботную жизнь. Одна без правил. Та, кто принял свою сексуальную направленность и не боялась боли.

«К черту мир и потратим эту жизнь впустую».

Если бы она не позволяла себе так часто становиться жертвой, она могла бы прожить захватывающую жизнь. Случайные романы. Никакой ответственности.

Её слабость?

Она любила. И, любя, она позволила себе быть уязвимой.

Бедная, беспомощная Лолита.

Однако ни один из них не увидел прихода Ксандра.

План мести почти испортился в ту ночь, когда её взяли в плен на складе — она даже не приблизилась к убийству своего истинного врага. В ту же ночь Лолита впервые встретила Ксандра; чувствовала его защитные объятия и знала, что она может сделать что угодно, пойти куда угодно, и он будет там. Присматривающий. Всегда следящий за ней.

Как легко она влюбилась в него.

Любовь затуманила её зрение. Удержал её от исполнения главной цели.

Вынудил Каринну взять бразды правления в свои руки.