Карина потерялась в удовольствии. Она вцепилась в дерево и насадилась на его палец. Серия её стонов уговаривают его прибавить ещё один палец к остальным.

Она почти описалась, когда оргазм обрушился на неё, украв дыхание. Крики облегчения эхом раздались внутри её черепа. Онемение и удовольствие охватили её отшлепанные мышцы.

Её голова упала набок. Ксандр встал, слегка согнув колени, ускоряя темп на своём члене. Он перестал двигать пальцами в ней. Только большой палец нежно провел вверх и вниз по ее лепесткам. Как будто ему всё ещё нужна была связь с её плотью, чтобы кончить.

— Ах, чёрт. Чёрт! — Его глаза встретились с её глазами в отражении зеркала, ярость и боль сверкали серебряными вихрями. — Смотри на меня. Это то, чего ты хотела, не так ли?

Теплое семя излилось ей на спину и на изгиб позвоночника. Она выгнулась, задница выставилась высоко и гордо, позволив жидкости скапливаться в углублении её спины.

— Тебе нравится это? — Он схватил её волосы одной рукой, пока другая его ладонь распределяла сперму по всей её пояснице. — Нравится ли моей ненасытной маленькой девочке ощущение чистой гребаной муки, распространяющейся по её телу? — Он шлепнул её по заднице.

Возбуждение снова стало нарастать.

— Да, — выдохнула она.

Он упал вперед и уткнулся лицом ей в шею сзади. Каждый тяжёлый выдох отдавался волной жара на её мокрой, липкой киске.

— Ты станешь моей погибелью, женщина.

Его тело стало тяжелее, прежде чем он отстранился. Легкие, как перышко, поцелуи скользнули по её плечу, когда он обогнул козла, на котором она свисала, а его красивый член висел всего в нескольких дюймах от её рта, когда он расстегивал её путы.

Она бы сделала немыслимое и потянулась к нему, взяла его в рот и заставила снова кончить, но её руки были желеобразными. Все её тело болело так, как если бы в неё врезался грузовик, который дал бы ещё задний ход и снова ударил её.

Они ведь даже не потрахались.

Бегущая вода заставила Каринну нахмуриться в своём уголочке удовольствий.

Ладони скользнули под неё, и он перекинул её тело обратно в свои объятия, неся её, как ребенка, в ванну. Тепло окутало её, как успокаивающее одеяло. Рука провела по её лицу, и она повернулась как раз вовремя, чтобы заметить его мускулистую задницу, пока тот уходил. Через несколько секунд он вернулся. Жар опалил её лицо, когда он провел мочалкой по её лбу и щеке, под подбородком, собирая пот, который он оставил сам. Он намылил мыло и нежно потер её руки, грудь и между бедрами. Впервые Каринна осознала, насколько грубым он был, когда жжение прервало её дыхание.

— Сядь, — скомандовал он, и когда она это сделала, она заметила проблеск раскаяния в его глазах, когда он мыл её спину, прежде чем уложить спиной к ванне.

— Должно быть, это королевский прием всех садистов.

— Тебя бы трахнули и передавали бы по кругу.

Эта реальность погрузилась в неё. Ещё одна закрытая комната в её голове открылась, и она забросила эту мысль внутрь, как в мусорную корзину для эмоций. Лолита.

— Я могла бы вынести ещё один раунд. — Однако её холодные слова не соответствовали благодарности, сияющей внутри неё.

Пальцы впились ей в подбородок, и она подняла взгляд, чтобы увидеть горящие от ярости глаза.

— Не дразни меня, Котёнок, или ты почувствуешь настоящий вкус садизма.

Её сердце заколотилось. Сильное желание поцеловать его заставило её ноги скользить по ванне, пока она толкалась вверх, чтобы добраться до него.

Руки дрожали. Он смял её губы в яростном поцелуе, его язык скользнул в её раскрытые уста, касаясь её, и внезапно она почувствовала себя желанной. Он прикусил её губу, высосал из неё душу, прежде чем снова прижаться ртом к её губам. Его губы раскрылись, и щетинистое лицо задело её щеку.

— Я убил бы любого ублюдка, который бы прикоснулся к тебе.

Его слова застали её врасплох. Одержимость в них казалась неуместной по сравнению с тем, как часто они метались туда-сюда с ненавистью.

Его быстрый взгляд вверх, отвращение во взгляде дали ей понять, что он признался в том, в чем не должен был признаваться.

Она убедила себя, что Ксандр — чудовище. Убийца. Её тело, чертов предатель, бунтовало, желая, чтобы он забрался с ней в ванну, обнял её и доказал, что она ошибается.

«Нет». Сколько комнат ей еще нужно создать в своей голове?

«Сконцентрируйся».

Кандр поднялся с края ванны, оставив между ними холодное пространство. Мышцы натянулись вдоль его массивных бедер, когда он вышел из комнаты.

Сожаление горело внутри неё, когда он вернулся в черных трусах, которые надел, и в рубашке.