Логан снова наклонился, заставляя себя преодолеть жесткий барьер, в виде ее руки.

— Мне нужно отдышаться, Логан.

Он убрал её руку со своей груди, касаясь кончиками пальцев её ладони, и снова схватил её за затылок, прижимая к своему рту.

Бл*, ему нужно было больше.

Подобно наркотику, её вкус наполнил его мозг эйфорией, которой он никогда раньше не знал, — той, которой он эгоистично жаждал. Ему было всё равно, хочет ли она, чтобы он остановился или, потеряет ли она сознание в итоге.

Он просунул руку в узкое пространство между ними и погладил её напрягшийся сосок. Её дыхание сбилось у его губ, и он взял её грудь в свою ладонь. Свободной рукой он уделил такое же внимание другой груди, такой тяжелой и мягкой. Он нежно помассировал её, осторожно, чтобы не причинить ей боли, но, будь он проклят, чувствуя, что он похож на ребёнка в контактном зоопарке. Логан не мог насытиться прикосновениями к ней. Его большие пальцы скользили туда-сюда по её соскам, оба торчали сквозь тонкую футболку.

Её тихий стон завибрировал на его губах, и вырвалось её прерывистое дыхание.

Всё ещё слитые губами, он поднял её, прижав к стене, обвив её ноги вокруг своей талии. Проклятье, он пожалел, что не снял с неё боксеры, чтобы ощутить её жар на своем животе. Медленное скольжение по ней и блуждание кончиков пальцев в её боксерах заставили её задвигать бедрами, уверяя его, что он не единственный, кто вот-вот кончит.

Принцесса, казалось, тоже погружена в него с головой.

Возможно, он продержал бы её так всю ночь, прижав к стене, прижавшись к её губам. Хотя были и более жестокие формы пыток.

Руки Каллы обвили его шею, а её ногти вонзились в его кожу головы.

Его голова откинулась назад. Ах, боги, да. Он поднес её к столу, одной рукой отодвинул книги и уложил её на спину, ни разу не оторвавшись от её рта.

Её вкус на его губах.

Её прикосновения к его коже.

Сука, это просто невозможно.

Он схватил её за запястья и поднял руки над головой, прижав их к столу. Логан прервал поцелуй, уткнувшись лицом в изгиб её шеи, и глубоко вдохнул, как наркоман с премиальный дозой.

Калла ахнула, и её грудь бешено вздымалась. Сердце Логана бешено билось, как у птицы.

Когда он попробовал её горло своим языком, его зубы задели натянутую гладкую кожу с желанием впиться в неё. Копошение её рук под его руками сказало ему, что ей не по себе в таком уязвимом положении. Женщин Алекси обучали отбиваться от похитителя, и напряжение её мышц предупреждало, что его действия насмехались над убийцей внутри неё. Эта мысль заставила его член подпрыгнуть.

Логан уже попробовал на своём веку действительно охренительные наркотики, но никогда в жизни не испытывал такого взрыва своих чувств. Он поднял голову, его глаза встретились с ней. Словно фейерверк, распростёртая перед ним самка олицетворяла лучший кайф, который он когда-либо чувствовал, вкалывал или глотал.

Её вздёрнутая вверх бровь, намекала ему освободить её.

Нет. Он хотел, нуждался в ней больше прежнего и игнорировал назойливые мысли, говорящие ему о том, что поиметь её так неправильно. Слишком погруженное в собственное возбуждение, его тело ни перед чем не остановится. Каждая новая фантазия, проносившаяся в его голове, только подпитывала это возбуждение — вкус во рту, жар её тела, сжимающегося вокруг него и вызывающий его оргазм на грань.

Ох, чёрт, её тело словно конфетная страна удовольствий.

Столько позиций. Так мало времени.

Он поднял её ноги, всё ещё лежащие на его талии, и поднёс их к своему лицу, оставив поцелуй на её коленях и потирая шелковистость её бедра.

Скольким различным ощущениям он мог бы научиться у этой женщины?

Столько неразрешенных дел пронеслось в его голове — в основном о Зике — успокоились под её прикосновениями, как под тёплым, уютным одеялом.

Он мог исследовать их медленно до поздней ночи.

— Так мягко. — Его голос стал хриплым. — Нежно.

— Логан? — прошептала она. — Чт…

Что бы она ни сказала, уступило место мощной волне жара, пронесшейся по его телу, заглушая все звуки. Он поцеловал её бедро, эти длинные, подтянутые ноги, которые могли легко обвить его плечи и обхватить его спину. Одна только мысль об этом взбодрила его. Он обхватил её задницу и поднял её со стола, её ноги перекинулись через каждую руку, пальцы ног уперлись ему в ребра. Ближе, ещё ближе, её запах становился всё более опьяняющим.

Подстрекаемый её запахом, он едва мог достаточно быстро сорвать с неё боксеры.

Пальцы сжали его макушку.

— Логан. — Оглушённый от своих растущих желаний, он схватил её крошечные черные кружевные трусики под боксерами и стянул их с атласных бёдер.

Какой она будет на вкус?

— Постой!

Быстрый взгляд на неё — голова, мотающаяся по столу, зажатая губа — сказала ему, что она хочет другого.