Гевин уткнулся головой в руку, скрещенную на колене.

— Ах, бл*ть. Он встрял. Конкретно.

Пальцы Логана сжались в кулак.

— Ты видел, где он? Что-нибудь знакомое?

— Ничего. — Гевин покачал головой. — Он лежал где-то на кровати.

— Мы не можем сидеть здесь и ничего не делать. Как я и говорил, мы выследим Райка. На этот раз я, прибью эту суку.

— Ты больше не застанешь его врасплох, Логан. Я говорю, что мы попытаемся урезонить его. Заключим с ним сделку.

— Я не заключаю сделок с мудаками.

— Он хочет, чтобы Каликс держался подальше от Авы.

— Послушай, я не вмешиваюсь в эти е*анутые любовные треугольники. Надрать ему задницу было для меня личным делом после нападения на той подставной вечеринке. — Логан выпрямился и скрестил руки на груди. — Я также ни на секунду не поверил, что всё дело в его сестре.

— И я не верю.

— Ты когда-нибудь ошибался в своих видениях. Всегда?

Гевин кивнул.

— Конечно. Каждое принятое нами решение влияет на дальнейший ход событий. Вот почему я понятия не имею, что делать дальше. — Он провёл руками по волосам. — Мне нужна ещё одна подсказка. — Он взглянул на Логана. — Ксандр пал. У него тоже могут быть видения. Я нанесу ему визит. — Он кивнул, словно убеждая себя в своём решении.

— Ты какой-то бледный. Хочешь, я поговорю с ним?

— Нет. Ксандр хитёр. Позволь мне самому разобраться с ним. При этом не делай глупостей. Сейчас мы находимся на какой-то зыбкой почве, и малейшее колебание не в ту сторону может…

Убить Зика.

Логан кивнул и вышел из кабинета. Что, черт возьми, он мог ещё сделать? Не то чтобы он мог просто сидеть и ждать Гевина. Необходимо что-то делать. Почистить своё оружие, может быть.

Однако, когда он достиг вершины лестницы, его взгляд скользил по коридору в сторону комнаты, в которой спала Калла.

Он поднял руку, чтобы снова коснуться шеи; покалывание, как будто оно насмехалось над ним. Напоминание о её пальцах на его коже, заставило его задуматься о вещах, которые просто не принадлежали ему в тот момент.

Он быстро прошёл в свою комнату, схватил свою одежду с прикроватного кресла и направился прямо в ванную, где бросил одежду на пол, схватился за кинжал и сделал три длинных надреза над затянувшимся ощущением чужого прикосновения.

Глубже, чем первые два, третий порез заставил его зашипеть, и лезвие с лязгом упало в раковину.

Логан схватился за край столешницы и глубоко вздохнул, сосредоточившись на обжигающем ощущении регенерации, которая запечатывала рану. На очередном выдохе, вернулось ощущение прохлады и всё вернулось, как будто её отпечатки пальцев были осязаемы и впечатались в его плоть.

Твою мать.

Логан наклонился вперед, смыл кровь с шеи и прижал руку к ране. Ему нужна была более сильная боль, более сильная, но какая?

— Кислота, — пробормотал он.

Калла.

Он снова почесал призрачные кончики пальцев на коже.

Что, черт возьми, она с ним сделала?

Он переоделся из штанов для тренировки в кожаные брюки и ботинки.

Как будто его ноги двигались импульсивно, он вышел из ванной и обнаружил, что стоит в дверях своей спальни. Бросив украдкой взгляд в обоих направлениях, он направился к комнате Каллы.

Его осенила мысль, ускорившая его шаги и оправдавшая причины, по которым он искал её: Калла знала, куда увезли Зика. К черту дерьмо про бедную милую девочку и её бурную ночь. На карту поставлена жизнь его брата, и, хочет она того или нет, женщина будет ему помогать.

Добравшись до неё, Логан ворвался в её комнату.

Крик ударил по ушам и сотряс кости.

Что за…

Отойдя в сторону от кровати, Калла прижала рубашку к груди, и только пара торчащих бретелей давала понять, что на ней по крайней мере есть лифчик. Кожаные штаны лежали на кровати; её боксеры спущены до щиколоток.

Логан прищурился, глядя на неё.

— Куда-то собралась?

— Ты не умеешь стучать? — Она дёрнула рубашку, словно пытаясь прикрыть себя. — Что ты хочешь?

— Моего брата. И ты поможешь мне найти его.

— Я никуда с тобой не пойду.

Логан рванулся к ней.

— Ты идёшь со мной. Сейчас. Одевайся.

— После того, что ты учудил спортзале? Я так не думаю.

Он сделал ещё один шаг к ней.

— У тебя нет выбора. Мой дом. Мои правила. Это не мне нужно. Это ради Зика.

Минута молчания повисла в комнате. Она склонила голову и выдохнула с усилием.

— Обещай, что ничего не будешь предпринимать.

— Единственные обещания, которые я держу, — это кровь и сталь.

Калла стояла тихо, пристально глядя на него, как будто мысленно споря с ним. Наконец она кивнула.

— Не ради тебя. Но я пойду ради Зика.